Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку


Раздел Банки
20 сентября 2012, 09:01

Из банкиров в бизнесмены. Александр Кашеваров решил не деградировать профессионально

Из банкиров в бизнесмены. Александр Кашеваров решил не деградировать профессионально
Экс-банкир, ныне совладелец фабрики «Перммебель» в интервью Properm.ru рассказал о причинах, побудивших его уйти в бизнес. По его мнению, реструктуризации филиалов в операционные офисы ведет к потере самостоятельности банков в Пермском крае.

— Александр Сергеевич, расскажите, сколько лет вы посвятили работе в банковской системе?

— В банковской сфере я работал с 1993 года по 2010 год, и за 17 лет прошел путь от менеджера до руководителя банка.

Многие банки сегодня не вникают в суть деятельности, а действуют шаблонно по отношению к клиентам. Если проходишь стандартные процедуры - то ты финансируешься, не проходишь — ищи другой финансовый институт.

— В каких банках вы работали, какие должности занимали? Какой спектр работ выполняли?

— Из тех региональных институтов, которые остались в Пермском крае, пожалуй, только банк «Пермь» я обошел стороной как менеджер. Хотя, безусловно, знаком со всеми собственниками и руководителями.

В Пермском крае на банковском рынке осталось всего четыре региональных игрока: «Урал ФД», Экопромбанк, Перминвестбанк и коммерческий банк «Пермь».

— А Почтобанк?

— Я считаю, что Почтобанк очень тесно связан с крупным федеральным банком — Связь-Банком. Думаю, что самостоятельность у таких кредитных учреждений на очень низком уровне, а управление осуществляет основной акционер — Связь-Банк. Скорее всего, в ближайшее время банк также ждет реструктуризация или продажа.

— Этих банков достаточно?

— Конечно, нет. Если смотреть на сопредельные регионы, то мы им, безусловно, проигрываем. В Пермском крае хорошо видна активная агрессия крупных федеральных банков. Конечно, доминирующее положение у Сбербанка России, намного сильнее, чем в других регионах России. Активные позиции занимают как корпоративный ВТБ, так и розничный ВТБ24, Альфа-Банк, Росбанк, Уралсиб, Промсвязьбанк.

Безусловный минус для Пермского края — это то, что те финансовые институты, которые раньше заботились о проблемах пермских промышленных предприятий, о малом и среднем бизнесе, сегодня не вникают в суть деятельности, а действуют шаблонно по отношению к клиентам. Если проходишь стандартные процедуры - то ты финансируешься, не проходишь — ищи другой финансовый институт. По сути тебя засовывают в коробочку, и ты должен приспособиться в ней жить.

Среди региональных игроков безусловные лидеры — банк «Урал ФД» и Экопромбанк. И по активам, и по развитию, и по росту, и по пониманию бизнеса. И там, и там я осуществлял свою профессиональную деятельность. Сегодняшний «Урал ФД» — это объединенный банк. Я непосредственно занимался вопросами консолидации банков «Пермкредит» и «Урал ФД», осуществлял курирование проектного офиса по объединению, но после завершения слияния ушел.

Для меня всегда интересно участвовать в развитии финансового института, формировании его стратегии. То есть участвовать в некоем старт-апе, когда необходимо строить бизнес.

— Почему ушли?

— Для меня всегда интересно участвовать в развитии финансового института, формировании его стратегии. То есть участвовать в некоем старт-апе, когда необходимо строить бизнес — формировать продуктовую линейку банковских инструментов, заниматься привлечением клиентов, созданием информационного поля, открытием филиалов.

У тех банков, кто сейчас представлен в Пермском крае, стратегия уже сформирована. Смысл и идеи обозначены и акционерами, и топ-менеджерами. Не хотелось бы конкурировать с существующими лидерами, а они на сегодняшний день — одни из лучших банкиров Прикамья. Поэтому я не вижу себя в пермских региональных банках как менеджер.

Опять же у этих банков серьезные и сильные тылы — акционеры, свое видение и понимание ситуации. Они занимают новые ниши на рынке, в том числе и те, которые освобождает и теряет Сбербанк России. Речь идет об «Урал ФД», Экопромбанке, Перминвестбанке.

Про банк «Пермь» не буду говорить, потому что это замкнутый в себе институт. Со своим сегментом клиентов, своим пониманием бизнеса и видением банковских процессов. Он закрыт с точки зрения не развития бизнеса, а информационного поля. Правильно или не правильно — не мне судить.

Но я бы в таком банке работать не смог. Нужно активно развивать институт во всех направлениях. Я понимаю, что это длинный и дорогостоящий процесс. Но результат будет не за горами. Я думаю, что, скорее всего, у «Перми» просто отсутствует крупный инвестор, который бы понимал необходимость активного развития. Еще три-пять лет - и акционеры примут для себя решение: либо остаться в таком состоянии, либо найти инвестора и начать экстенсивное развитие.

Я на протяжении года боролся за сохранение филиала. Но было принято решение об оптимизации банковских процессов, реструктуризации филиала в операционный офис.

— Почему вы перешли из самостоятельного регионального банка в филиал федерального Промсвязьбанка?

— Я хотел получить навыки системной работы. Это федеральный банк с развитой федеральной сетью, банк, который входит в десятку крупнейших кредитных институтов России. Хотелось понимать все процессы, которые осуществляются сверху и донизу.

Я проработал в Промсвязьбанке почти 2,5 года. Получил хороший опыт. Думаю, и руководители мою работу оценили положительно. Был качественный рост клиентской базы, формирование подразделений, открытие точек продаж.

Конечный результат после моего ухода, конечно, не совсем хороший. Были потери позиций на рынке Перми, но так бывает всегда.

— Филиал Промсвязьбанка после вашего ухода превратился в операционный офис?

— Изменение статуса отделения стало одной из причин моего ухода. Я на протяжении года боролся за сохранение филиала, ведь я формировал команду под полноценный филиал и создание дополнительных офисов, какими и были основные задачи для меня как управляющего. Но было принято решение об оптимизации банковских процессов, реструктуризации филиала в операционный офис. Тогда я принял решение не деградировать в профессиональном плане и не опускаться до управления оперофисом.

— Сейчас многие банки закрывают свои филиалы…

— Почти все федеральные кредитные институты.

— Почему?

— Сокращают издержки. В операционных офисах в отличие от филиалов остаются только продажи. Все крупные банки идут по такому сценарию.

Потери клиентов у федеральных банков неизбежны. А нашим региональным кредитным учреждениям необходимо успевать и освободившиеся ниши лояльности завоевывать.

— Для Пермского края это нехорошо?

— Да, потому что принятие решения переносится в филиал, который, как правило находится в федеральном центре Поволжья — в Нижнем Новгороде. Но руководство филиала не может знать, понимать все процессы, происходящие в Пермском крае.

Поэтому потери клиентов у федеральных банков неизбежны. А нашим региональным кредитным учреждениям необходимо успевать и освободившиеся ниши лояльности завоевывать. Клиенты пойдут к тем, кто ближе, кто понимает их бизнес. Кто понимает людей, в конце концов. Ведь не всегда имеет место корректное отношение и к бизнесу предприятия, и к людям, работающим и управляющим этим бизнесом. Да, у многих запятнана репутация.

— 2008–2009 год постарался?

— Но сейчас многие из них крепко стоят на ногах, они справились с кризисной ситуацией. А старый след остался.

— Как вы пришли к решению покинуть банковский сектор? Почему решили заняться мебельным бизнесом?

— У меня были собственные бизнес-проекты, как в стадии управления, так и в стадии предпроектной подготовки. А во втором квартале 2012 года поступило предложение об участии в крупном амбициозном проекте, от моего однокашника (Левина Константина Александровича — Properm.ru) по приобретению старейшей фабрики Перми — «Перммебель».

Мы почти три месяца находимся на предприятии и уже можем сделать вывод, что мебельный бизнес имеет огромный потенциал роста. Конкурентоспособных производителей в Пермском крае почти нет, есть только ближайшие соседи — Киров, Уфа и Глазов.

На первоначальном этапе оценили эффективность производства, инвестировали серьезные денежные средства.

Фабрика «Перммебель» существует на рынке больше 50 лет. Мы продолжаем традиции и стараемся конкурировать с теневым мебельным рынком, оборот которого в Пермском крае очень большой, достигает 100 млн рублей в месяц.

— Какой объем инвестиций?

— Достаточно большой, профессиональный секрет. Но могу сказать, что цифры с восемью нолями…

— Когда планируете окупить вложения?

— Уже в этом году мы рассчитываем выйти на рентабельное производство. Мы уже понимаем точку безубыточности предприятия, объемы производства и реализации продукции. В конце августа мы уже вышли на этот показатель, в сентябре будет еще лучше.

В 2011 — 2012 годах выручка «Перммебели» была на уровне 40 млн рублей, в следующем году планируем довести до 100 млн, а планы — выйти на показатель в 250–300 млн в год. Это вполне достижимо.

Мебельный бизнес сезонный. Летом рынок претерпевает стагнацию, в августе начинает рост и достигает пика в декабре-январе, а в марте-апреле начинается спад. Мы застали пик вхождения и планируем достичь к марту-апрелю максимальных результатов. Одновременно будем проводить модернизацию производства, разрабатывать новый ассортимент.

— Вы ведь уже провели модернизацию?

— Да. Купили дорогостоящее итальянское оборудование. Разработали новую линейку для частных потребителей — спальни, гостиные, прихожие, мягкую мебель сегмента эконом. Создаем линейку корпусной мебели для гостиниц и общежитий, а также офисную мебель.

Фабрика «Перммебель» существует на рынке больше 50 лет. Есть свой бренд, репутация. Мы продолжаем традиции и стараемся конкурировать с теневым мебельным рынком, оборот которого в Пермском крае очень большой, достигает 100 млн рублей в месяц.

— Как рассчитали?

— Подсчет простой. В Пермском крае около 700 официальных производителей — это и небольшие фабрики, и индивидуальные предприниматели, и около 3 000 незарегистрированных.

В среднем условный шкаф стоит 10 тыс. рублей. Каждому гаражному производству по силам произвести три условных шкафа в месяц. Умножаем - и получается около 100 млн рублей. Это существенный объем, и это та ниша, которую мы должны завоевать: забрать клиентов, перекупить рабочую силу.

Моя репутация позволяет руководителям банков доверять и словам, и делам. Ведь не секрет, что все кредиты предприятиям даются под поручительство акционеров и директоров.

— Вы к кредитным ресурсам прибегали?

— Конечно. Все сделано в рамках поддержки Министерства развития предпринимательства и торговли Пермского края, Пермского гарантийного фонда, местных региональных кредитных институтов.

— Ваши прошлые связи помогли?

— Да. Но это даже не связи, а понимание бизнес-процессов, работа на одной волне. Я умею обстоятельно объяснить руководству банка, зачем им нужно выдать мне кредит.

Конечно, и моя репутация позволяет руководителям банков доверять и словам, и делам. Ведь не секрет, что все кредиты предприятиям даются под поручительство акционеров и директоров.

— Вы также говорили о существовавших ранее бизнес-наработках. Расскажите подробнее.

— Это строительство, торговля. У нормального предпринимателя бизнес должен быть диверсифицирован, а доход — непрерывен. Если для строительства активная фаза лето, то для мебели — зима, а торговля всегда активна.

— Планы освоить новые бизнесы есть?

— Пока надо разобраться с действующими процессами. Мы с Константином Левиным с 8 утра до 9 вечера всегда, и в субботу, и в воскресенье на предприятии. И пока можем только предполагать, когда процесс ручного управления может быть закончен. Несмотря на то, что «Перммебель» — старейшая фабрика, со своими традициями и технологиями, мы свою работу считаем новым этапом в бизнесе, для фабрики рассматриваем ее как старт-ап, точку отсчета.