Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Раздел Общество
9 апреля 2010, 18:25

Новая точка на карте

Новая точка на карте
Культурную столицу России переносят в Пермь

В последнее время в новостях культуры все чаще говорят про Пермь. Там и музей, и театр, и фестивали, и, что еще важнее, благодаря стараниям местных энтузиастов с властью и деньгами, о том, как пермяки культурно проводят время, знают по всей стране. Более того, планы у местных чиновников и вовсе наполеоновские.

Пермь — город в предгорьях Урала, стоящий на реке Каме. Население — чуть менее миллиона человек. Разница во времени с Москвой — два часа: жители столицы еще едут на работу, а в Перми рабочий день в самом разгаре. Поезда из Москвы в Пермь идут дольше 20 часов.

Еще Пермь — будущая культурная столица России. По крайней мере, так считают власти края. И если «культурная столица России» — это только метафора, то «культурная столица Европы» — вполне себе официальный статус. Губернатор региона Олег Чиркунов заявил, что Пермь подаст заявку на получение этого звания в 2016 году. Успеху этого начинания могут помешать несколько факторов: Россия не входит в Евросоюз, что является обязательным условием, а в 2016 году культурными столицами по графику должны стать испанский и польский города. Впрочем, Чиркунов считает, что все равно «это возможно».

Пермь как культурная столица Европы — это, конечно, скорее курьез, однако отнюдь не случайный. Очевидно, что такие претензии не могут быть основаны ни на чем. А о своем стремлении превратить Пермь в чудо-град власти заявили давно. С этой целью в город на Каме в 2008 году был вызван галерист Марат Гельман, который возглавил местный Музей современного искусства PERMM. С тех пор Гельман выступает в качестве главного организатора и глашатая пермских культурных инноваций, поэтому о последних городских достижениях не слышал, кажется, только глухой.
В последние дни вспомнить о культурных претензиях Перми было как минимум два повода. Во-первых, открылся музыкальный фестиваль «Владимир Спиваков приглашает». С 2001 года, когда фестиваль был созван впервые, Спиваков раз в два года приглашал в Москву, однако с 2010 года мероприятие официально перебралось в Прикамье, заодно сменив статус на всероссийский. Спиваков пообещал, что, если все пойдет по плану, фестиваль может стать ежегодным.

Во-вторых, в Музее современного искусства открылись «Инсталляции», выставка прославленного художника Александра Бродского. Гельман и раньше устраивал выставки Бродского, и в этот раз он одновременно пользуется прошлым опытом и пожинает лавры; по крайней мере, гельмановский ЖЖ пестрит ссылками на положительные отклики. Обозреватель «Коммерсанта» Григорий Ревзин счел, что «хрупкие поэтические переживания» в искусстве Бродского парадоксальным образом сочетаются с суровым воздухом Перми: «весь Бродский — про ту поэзию, которая заводится в повседневности, как мышки в грязном белье».

В начале июня пермяков ждет фестиваль «Живая Пермь», который хитро решили совместить с Днем города: в прошлый раз посмотреть на современное искусство почти никто не пришел, а городской праздник неизменно собирает многотысячные толпы. В рамках Дня города в Прикамье обещают временно «пересадить» и питерский фестиваль памяти Сергея Курехина SKIF, и московский пикник «Афиши».

В марте был выбран архитектор для новой сцены Пермского театра оперы и балета имени Чайковского — проектировать здание будет Дэвид Чипперфилд. «Мне очень важно, чтобы этот проект стал делом и его жизни», — написал в своем блоге Чиркунов. Срок реализации дела жизни Чипперфилда назначен на 2014 год. Будем надеяться, что этот архитектурный проект окажется более успешным, чем предыдущий: в 2008 году был проведен конкурс на проект Пермского художественного музея, победителем оказался москвич Борис Бернаскони. Однако недавно было объявлено, что «проект приостановлен по причине некорректности сформулированного на конкурс технического задания». Здание по проекту Бернаскони, видимо, просто не подошло для картинной галереи и коллекции пермской деревянной скульптуры.

Как бы там ни было, чем бы дело ни закончилось, как ни относись к Марату Гельману и его кипучей энергии, а пока пермяков можно только поздравить. Очевидно, что устройство городского досуга доверили крепким профессионалам, которые будут работать на совесть, пока будут продолжаться инвестиции. Если же однажды внезапно кончатся деньги, а результаты работы будут неочевидны для горожан, все вопросы все равно будут к чиновникам, а не к культуртрегерам.

Пока же стоит задуматься вот над чем. Давно ли столь же интенсивные созидательные процессы, как в Перми, мы наблюдали в Петербурге и в Москве? В каких культурных инновациях заинтересована власть в двух городах, являющихся культурными столицами по определению? Пермские проекты, даже немного напоминающие авантюру, очень привлекательно выглядят на фоне затяжного и очень, очень дорогого ремонта Большого театра и строительства «Мариинки — 2». Из Москвы кажется, что людей в Перми и впрямь интересует культура, а не только деньги, а откуда такое может казаться про Москву, сказать трудно.

Чтобы появилась новая культурная столица, должно быть понятно, где культурная провинция — и, конечно, не дай бог Москве или Питеру ей стать. Однако остаться у разбитого корыта (зато с Охта-центром и усадьбой «Царицыно») очень бы не хотелось.

Фото с сайта www.lenta.ru