Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Раздел Общество
27 июля 2012, 18:54

Игорь Аверкиев: надо расслабиться и смириться с неизбежным

Игорь Аверкиев: надо расслабиться и смириться с неизбежным
По мнению публициста, общественную атмосферу в современной России можно охарактеризовать одним словом – безысходность.

Общественник Игорь Аверкиев написал очередную статью "Обыватель до и во время национальной катастрофы: цели, задачи, ресурсы". Properm.ru публикует насыщенный депрессией прогноз будущего России с сокращениями.

Безысходность витает именно в «общественной атмосфере», в которую люди попадают либо по долгу службы, либо просто по долгу, либо временно выпадают в сферу «широких общественных интересов» по надобностям частной жизни. «Общественная безысходность» - это общественные настроения и практики, в которых опредмечивается тревожное подсознательное ощущение бесперспективности страны, общества, государства в обозримом, доступном человеческому пониманию будущем.

«Общественная безысходность» проявляется в нарастании социальной и политической невротичности общества. Политика мельчает и упрощается.Упрощение в политике – это, в том числе, всё более жёсткая поляризация политических сил, демонстративное, ожесточённое и одновременно формалистское противопоставление политических идентичностей. «Других» всё меньше, «чужих» всё больше.

Не то чтобы Россия вообще не может претендовать на хорошее будущее – очень даже может и должна, но в силу самых различных обстоятельств (широко известных в узких кругах), в том числе связанных с «колеёй исторического развития страны» и особенностями политического режима Владимира Путина (об этом чуть позже), нам в это хорошее будущее уже не вступить, не пройдя через полосу серьёзнейших общенациональных кризисов и катаклизмов. В недоделанной вялой стране, одурманенной «нефтегазовым опиумом», в которой ни власть, ни общество не могут и не хотят ничего серьёзно менять, хорошее будущее будет стоить очень дорого: и стране, и каждому её жителю. Увернуться от этой платы будет очень сложно, даже самым вёртким.

«Декабристы» лишь зафиксировали безысходность, но не указали выход из неё и разошлись, словив «кайф толпы» от сетевого и митингового, а на самом деле «классового», единения. И сам протест был не против режима, а за улучшенный режим и за более достойное место в нём для себя и своего «класса». В современной России даже будущий правящий класс – зарождающаяся «информационная буржуазия» - не осмеливается заявлять свои права на государственный штурвал, не осмеливается даже думать о себе, как о новом «хозяине жизни».

Даже самые информированные и разумные люди, понимающие на сколько фатально соскальзывание страны в яму «национальной катастрофы», продолжают мыслить и действовать в парадигме «предотвращения соскальзывания». Повсюду «дурная конструктивность» и потуги на «позитив», бесконечные советы режиму и всевозможным оппозициям как «улучшить ситуацию» прямо сейчас, как «не допустить развития событий по худшему сценарию» и так далее (меня самого постоянно сносит в это русло). Но всё это не о том, всё это - о невозможном.

Катастрофа сформирует новое политическое пространство, новых основных игроков, которые сегодня и сами не знают, что таковыми будут. Поэтому глупо сегодня рассчитывать на тех, кто, с большой вероятностью, будет пустым местом тогда, когда потребуется делать «что должно».

Даже самые свежие из самых публичных противников режима (Алексей Навальный, Илья Пономарёв, Ксения Собчак, и другие) вышли из общей с «жуликами и ворами» «путинской колыбели», одной с ними социальной крови. Социальные (неполитические) различия между ними не велики: одни - прорежимные мажоры, другие антирежимные мажоры. И те, и другие - «потребители» страны, но не «производители» её. И те, и другие купаются в режиме, используют его и получают от него всевозможные удовольствия – только одни по разрешению, а другие без спросу. И те, и другие находятся в стране, но не живут в ней, неукоренены в современной России (хотя и те, и другие, ещё недавно, в «эпоху вставания с колен» принадлежали к «сословию укоренённых»). И те, и другие – агенты будущих катаклизмов, но не ликвидаторы их. Катастрофа вызовет к свету совсем других людей (не лучших, а других), с иными социальными кодами.

А как может подготовится к «национальной катастрофе» не государство или политический вождь, а простой человек, обыватель? Как правильно вести себя лично мне, когда вокруг бардак, привычные правила не работают, из людей прут первобытные инстинкты, «завтрашний день» каждый день под вопросом, а начальники разбежались или «косят под дурочку»? На какие ресурсы и чьё содействие я и моя семья можем рассчитывать во время хаоса и можно ли запастись этими ресурсами (я не только о еде, но и о ней) и заранее заручиться этим содействием?

Каких конкретных новых «начальников» выдвинут погружённые в хаос обыватели, какую повестку им делегируют (типа «бежать к китайцам» или «здесь останемся»; «всей страной выживать будем, по привычке к Москве потянемся» или «Уралом сподручнее, если ещё нефтяную, но малолюдную Югру прихватим» и т.д. и т.п.). Во всех этих вынужденных выборах и решениях очень важно будет с какими ресурсами и в каком ближайшем окружении «вступит в хаос» каждый конкретный человек, каждая конкретная семья, какие личные стратегии он изберёт внутри хаоса, насколько лично он будет готов к предельным передрягам. Чем лучше он будет готов, тем разумнее и «общественнее» будет его участие в коллективных решениях. А может быть наоборот?

Вопросов и креативных задач масса. Но самая главная проблема, если я думаю о себе во время «национальной катастрофы», а не о стране – это не причины и источники катастрофы (что так интересно специалистам), а насколько реальны и глубоки могут быть хаос и разруха? Насколько прочным окажется социально-экономический фундамент местного сообщества в котором я живу? Насколько катастрофоустойчивыми окажутся минимально необходимые общественные институты (суд, полиция, муниципальная власть, водопровод и канализация)? Насколько вынослива у нас коммунальная инфраструктура (не только «железки», но и люди, и правила).

Условно говоря, если восставшие «креативные массы» в пух и прах разнесут правящие режимы в Москве и в Перми, могу ли я рассчитывать, что общественный транспорт продолжит работать, а полиция не разбежится? Могу я надеяться, что новая власть сформируется быстро и будет состоять из вменяемых и более или менее квалифицированных людей и общество их примет? Или сегодняшняя Россия не на таком прочном фундаменте загнивает как Советский Союз - стоит только выдернуть авторитарный стержень и всё посыплется, «хаос на следующий день после праздника»?

Или если цены на нефть будут падать и падать, а мировой экономический кризис будет нарастать и нарастать ещё несколько лет, могу ли я рассчитывать, что это не приведёт к обрушению национальной пенсионной системы и к массовой безработице? А если приведёт, могу ли я рассчитывать, что даже отсутствие пенсий и массовая безработица не приведут в наше время к голоду в России, а внутренние ресурсы и адекватная политика властей смогут обеспечить нам самозанятость и нормальное погружение в натуральное хозяйство? И главное: могу ли я рассчитывать, что мои земляки выдержат всё это и не пойдут в разнос? Смогу ли выдержать я? Я не знаю.

Может ли Россия породить режим, который способен справится с такой (кавказской) современной войной: масштабной, кровопролитной, но без линий фронта? Тем более, у меня такое ощущение, что по массовым общественным нравам мы всё-таки ближе к Ливии и Сирии, чем к Франции и Швеции, не смотря на христианскую вскормленность, цвет кожи и Толстого с Достоевским.

Одним словом, я не знаю есть ли вообще ещё порох в российских цивилизационных пороховницах? Кто сможет дать ответ?

Я допускаю, что профессиональных экспертных ответов на эти вопросы просто нет Тогда я плюю на всю эту заумь и включаю здравый смысл: если я не знаю чего ждать, но чувствую, что ждать осталось недолго, значит надо готовиться к худшему.

«Худшее» - это значит, что в случае серьёзного катаклизма в стране очень быстро всё развалится и какое-то относительно долгое время ничто из привычного функционировать не будет. Моя задача в таких условиях выжить и быть готовым вовремя и активно включиться в новую общественную самоорганизацию, что должно обеспечить мне достойную социализацию после преодоления катастрофы.

Вариантов множество. Самый простой и очевидный: организованно, но без фанатизма закупаю спички, соль, сахар, крупы, тушёнку – по крайней мере на пол года запасов семье должно хватать, организую их хранение. Добываю или мастерю маленькую «буржуйку» или что-то вроде того. Обязательно нужно что-то для самообороны: сгодятся газовые баллончики и электрошокеры. Но электричества может не быть, а баллончики всего лишь баллончики, поэтому, «классические пороховые заряды, упакованные в патроны и заткнутые пулями» (можно резиновыми) остаётся самым надёжным средством. Ну и так далее.

Есть варианты для особо продвинутых. Например при коммунальном коллапсе, то есть при отсутствии в домах электричества, газа, воды, отопления и неработающей канализации жить на верхних этажах многоэтажных домов – сущее наказание. А жить на нижних этажах опаснее по криминальным причинам. То есть, надо загодя переселяться на средние этажи.

Во время «худшего» у меня должен быть очень надёжный «ближний круг». Кто его может составить? Многовековой опыт человечества вроде бы подсказывает, что друзья-приятели, даже в самом большом количестве в периоды предельных испытаний основу такого круга составить не могут. Вряд ли «социальной базой» личного выживания могут стать большинство существующих сегодня социальных сетей - досуговые связи, даже по самым благородным или интимным мотивам, при серьёзных катаклизмах, как правило, распадаются первыми. Прочными отношения делают: кровные узы, совместные реальные риски и общая продуктивная деятельность с социально значимыми результатами. Что это значит? Срочно налаживать и серьёзно вкладываться в родственные связи? «Увлекаться» в хорошей компании экстремальными видами спорта? Вливаться в этнические, политические или гражданские сообщества (не формально, а реально – по-активистски)?

А как будет выстраиваться новое доверие и самоорганизация во время хаоса, как и кому доверяться в условиях, когда каждый сам за себя или, не дай бог, все против всех? Или вообще не надо и бесполезно по этому поводу напрягаться – как придёт время, инстинкты подскажут?

Я ни в коем случае не специалист в вопросах выживания (скорее наоборот: мыследействовать, опираясь на желание максимального продления жизни – мне скучно) и всё выше написанное - это не рецепты и даже не предложения, это всего лишь постановка проблемы или проблематизация неочевидного.