Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Раздел Общество
21 мая 2013, 09:35

Алексей Расов: Бродяжничество — болезнь, лечить ее надо психиатру

Алексей Расов: Бродяжничество - болезнь, лечить ее надо психиатру
Оцениваем условия, в которых живут герои горьковской пьесы «На дне». Действие пьесы происходит в наши дни в Перми.

Социальная гостиница, экскурсию по которой для нас организовал директор центра социальной адаптации Алексей Расов, располагается по адресу: улица Героев Хасана 47в. По соседству с наркодиспансером и приемным отделением полиции.

По данным министерства социального развития, в Перми больше пяти тысяч (!) бродяг. Через центр социальной адаптации проходит примерно 2000 в год. Расов шутит: «Наша гостиница — индикатор экономического положения страны. С кризисом поток «постояльцев» повысился до 3000. Есть и другие факторы, которые повышают число бродяг в стенах гостиницы, например, судебная амнистия.

Все серьезно. Территория соцгостиницы огорожена забором с колючей проволокой

Текучка в гостинице большая, некоторые люди не задерживаются больше, чем на несколько дней. Из всех обратившихся бездомных и бродяг в лучшем случае 30% возвращаются к нормальной жизни. Есть и «постоянные клиенты», которые возвращаются сюда cнова и снова. Причины разные. Кто-то не может себя обеспечить, кто-то не хочет.

В дневное время застать кого-то из жильцов не так уж и легко. Обычно постояльцы уходят на работу, остаются, как правило, пенсионеры и инвалиды. Кстати, многие жильцы работая грузчиками, разнорабочими, охранниками, получают гораздо больше персонала.

У входа мы встретились с пожилой женщиной, которая пришла заселяться в гостиницу. Одета прилично, держится уверенно — не в первый раз здесь.

Всего в центре социальной адаптации существует три отделения. В Индустриальном районе располагается кризисное отделение для женщин, социальная гостиница на Героев Хасана, откуда мы ведем свой репортаж и приют на Таборской. «Там контингент несолько сложнее» — осторожно заметил Расов.

Алексей Расов: На Таборской очень много инвалидов и людей с психологическими травмами. С такими людьми, конечно, тяжелее работать.

Государственный заказ обеспечивает 245 мест по всем трем отделениям. Гостиница, в которую пригласили нас, расчитана лишь на 59 человек. Предполагается, что бездомный живет в гостинице до года, чтобы продлить срок проживания, необходимо предоставить социальные основания.

Сегодня в соцгостинице около 30 долгожителей. Некоторые из них живут здесь до пяти-шести лет. «Когда приходит человек, у которого нет ни документов, ни паспорта, он даже фамилии своей не знает, процесс затягивается. Только на то, чтобы восстановить все необходимое, уходит больше года». Средняя продолжительность жизни в социальной гостинице по учреждению составляет 2–3 месяца.

Алексей Расов:

Наш контингент — в основном люди c алкогольной зависимостью и люди, освободившиеся из мест лишения свободы. Попрошайки — тоже наши «клиенты», но они к нам не идут. У них уже сложился свой образ жизни, те, кто занимается бродяжничеством долгое время, неплохо зарабатывают и условия, которые мы предлагаем, им не нужны. Если человек 20 лет бродяжничает, то у него в крови уже это. Это болезнь, которую нужно лечить в психиатрии.

Люди, с которыми приходится работать, очень свободолюбивы, и привить какой-то распорядок им крайне сложно, — рассказывает заведующая отделением Наталья Кадникова. Тем не менее, персонал старается. Порядок пребывания в гостинице похож на общежитие для студентов, только построже. Утром и вечером постояльцы должны делать уборку. Свободный вход в гостиницу с 06.00 до 23.00. Тем, кто по уважительным причинам приходит позже, необходимо написать заявление. Тем, кто не соблюдает правила, грозят выселением.

к

Среди посетителей находятся и такие, кто возвращается на улицу уже на второй день

Соседей в гостинице старются подобрать по возрасту, чтобы попытаться свести к минимуму количество конфликтов. Многие постояльцы стоят на учете у психиатра или у полиции. Некоторых правоохранительные органы проверяют почти каждый день. Наиболее тяжело адаптация происходит у подростков после интерната, которые стоят на очереди в ожидании получения жилья. Такие постояльцы совершенно не приспособлены к жизни, — говорит Кадникова.

Наталья Кадникова: «Людям одного возраста гораздо проще найти точки соприкосновения. Конфликты между жильцами случаются не так часто».

Для заселения необходимо лишь желание и заявление клиента об оказании социальной помощи. После чего специалист выясняет, какие первичные проблемы необходимо решить. С самого начала ведется акт оказанных услуг, где каждая встреча протоколируется.

Сразу после входа в гостиницу бродяга попадает в так называемую «грязную зону». Здесь можно принять душ и оставить грязную одежду.

Далее новоиспеченный жилец посещает процедурную, где проходит первичный осмотр.

Место администратора гостиницы. В ночные смены здесь дежурят только два человека. По словам Алексея Расова, кнопкой вызова ГБР пользуются примерно раз в месяц. «Гостиница находится на территории закрытого учреждения, многих это останавливает» — объясняет Расов. Действительно, куда бежать, за одним кордоном следующий. Да и зачем, когда днем ты можешь свободно выйти на улицу.

Комната психолога. Суровый кабинет релаксации заметно смягчает диван.

В гостинице есть одноразовое питание, кроме того есть кухня, где можно готовить самому. Реально как студенты.

«Жаловаться мы не будем, это ни к чему» — осторожно сказала долгожительница социальной гостиницы Наталья Степановна в ответ на вопросы об условиях проживания. Пенсионерка со дня на день ждет перевода в дом престарелых.

Алексей Расов:

Самое печальное — исходя из практики нашего учреждения, людям некуда идти после центра адаптации. Нет следующей ступени. если люди лишились жилья, восстановить они его уже не могут. Зарабатывая 10–15 тысяч, даже ипотеку взять невозможно. Думаю, проблема в том, что фонд маневренного жилья в Перми отсутствует. Жилье такого типа, как и жилье социального найма не строится совсем.

Из краевого бюджета на финансирование гостиницы выделяется по 200 рублей в день на человека, то есть примерно 2 млн рублей на все учреждения.

Своеобразным собирателем интересных историй соцгостиницы оказался специалист по социальной работе Дмитрий Решетов.

В кабинете специалистов по социальной работе и в других помещениях учреждения висят картины, написанные бывшим постояльцем. Работы этого жильца, который уже ушел из соцгостиницы, сейчас якобы выставлены в галереях города Перми.

«Этого мужчину, который был нашим постояльцем, выселила из дома родная сестра, — рассказывает Решетов. — Не просто выселила, а ловко провернула хитрую аферу. Во время очередного запоя своего брата, она подала в розыск. Вскоре полиция пригласила ее на опознание, где она подтвердила, что погибший и есть ее брат. Таким образом, она стала единственной наследницей дома, который завещал детям отец. Когда брат объявился, домой его она уже не пустила, показав справку о его же смерти. После судебного разбирательства его право на наследство было восстановлено».

Специалист по социльной работе Дмитрий Решетов — хранитель историй социальной гостиницы. Пришел работать в центр охранником, теперь он закончил колледж с красным дипломом.

Еще одна история. «Когда мужчина пришел в гостиницу, он не помнил ни своего имени, ни фамилии, — вспоминает Решетов. — Чтобы установить его личность, в полиции взяли отпечатки пальцев. Выяснилось, что у него взрослый сын — студент «политеха», и бывшая жена, которая, несмотря на развод, пыталась найти мужа. Незадолго до того, как мы с ними связались, в подвале жилого дома был обнаружен труп, который сын на опознании принял за своего отца. Мужчину похоронили, а через день после того как был установлен памятник, семье сообщили, что он жив и проживает в социальной гостинице. Встреча родственников была похожа на серию Санта-Барбары».

Работа кисти неизвестного постояльца социальной гостиницы. Имена посетителей Дмитрий Решетов тщательно скрывает — закон «О персональных данных».

Подробности экскурсии по социальной гостинице смотрите в фоторепортаже.