Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Раздел Общество
18 сентября 2013, 08:30

«Дельфин». Два года после погрома реабилитационного центра

«Дельфин». Два года после погрома реабилитационного центра
Что ждет в реабилитационных центрах людей, решивших отказаться от наркозависимости, Properm.ru выяснил, посетив два центра реабилитации: «Руки помощи» и «Дельфин».

Два года назад прогремело уголовное дело в отношении реабилитационного центра «Дельфин». Сегодня этот и другие ребцентры работают в прежнем режиме. Мы отправились на экскурсию в «Дельфин» и центр реабилитации «Руки помощи» с главными наркологами Перми и Пермского края узнать, что сейчас там ожидает людей, решивших отказаться от губящей зависимости.

Реабилитационный центр «Руки помощи»

Реабилитационный центр «Руки помощи». Здесь живут реабилитанты.

На территории «Рук помощи» несколько корпусов. Пациенты располагаются в ветхом здании бывшего детского лагеря. Внутри лучше, чем снаружи, несколько комнат делят 20 человек. Горячей воды нет, реабилитанты два раза в неделю ходят в баню.

Возраст, в котором дети знакомятся с наркотиком, просто поражает, — рассказывает главный нарколог Перми Лариса Юркова.Но допускать бывших наркоманов читать лекции в школы недопустимо. Это выглядит так: Выходит хорошо одетый человек с гитарой и заявляет, что он кололся 15 лет, а теперь он директор центра по реабилитации. Они так рассказывают о наркотиках, что лишь провоцируют интерес. Например, он говорит, что никогда в жизни этого больше не повторит, и никому не советует, но когда доходит до слов «память о наркотиках», его лицо принимает выражение удовольствия. На подсознательном уровне он отражает свое состояние во время наркотического опьянения. Все, что он говорил раньше, можно смело перечеркнуть.

В реабилитационном центре есть даже детская площадка, на лето многие реабилитанты привозят сюда детей.

На территории центра есть и другие постройки, в том числе и гостевой дом, в котором принимают посетителей реабилитантов, в нем иногда останавливается директор центра, который в свое время сам прошел реабилитацию. Неподалеку строится зимний корпус, где работают реабилитанты.

Этот зимний корпус строят сами реабилитанты.

Каждый центр реабилитации устанавливает свою программу. Некоторые сотрудничают с наркодиспансером, другие не допускают стороннее вмешательство. Курс длится от трех до шести месяцев. При желании каждый может продлить лечение — наркоманам страшно возвращаться в социум. Кризис после реабилитации цикличный: первый наступает через два года, второй через пять-семь лет. Но срывы случаются и через 10 лет.

Главный нарколог Пермского края Сергей Еловиков напомнил о противостоянии центров и наркодилеров: «Представители этого «бизнеса» все видят и знают и крайне быстро реагируют на любые изменения. Такие «друзья» умеют оказаться в нужное время в нужном месте с «дозой» в кармане».

После «срыва» пациентов посещает чувство вины, это мешает им вновь обратиться к специалистам. Главный нарколог Перми отметила, что всегда приятно видеть, как пациент приходит другим человеком. Но в то же время молодые врачи очень часто «сгорают», когда их пациент «срывается»: «Плоды своего труда не всегда видны, но это не значит, что специалист плохо поработал. Нередко человек еще не готов отказаться от зависимости».

Аня Томберг, 34 года. Она избавляется от героиновой зависимости, под влиянием которой находится уже 20 лет. Впервые Аня попробовла героин в 14.

Внутри центра мы почти никого не застали, все «постояльцы» на работе. Кто-то на стройке, кто-то дежурит на кухне. По территории лагеря нас провела Аня. 20 лет она сидит на героине, последние годы на дезоморфине. В центр пришла случайно, ее буквально подобрали на улице.

Аня Томберг: «Моя мама очень сильно пьет, сестра погибает от наркотиков. Я хочу, чтобы они были здесь, со мной, но не знаю, как донести это до них».

- Шла мимо церкви, в состоянии очень сильного и алкогольного и наркотического опьянения, плохо себя чуствовала, — вспоминает Аня. — Подошел молодой человек и предложил зайти с ним в церковь. Я всегда относилась к церкви как к секте, но на тот момент у меня и выбора-то не было. Пошла. Потом меня направили в центр. Я, конечно, здесь добровольно, как и все остальные. Сегодня вера помогает мне справляться с трудностями.

Между собой реабилитанты называют друг друга «братьями» и «сестрами». В общей комнате у проигрывателя диски с видео только религиозной тематики.

На вопрос, хочется ли Ане назад, она задумалась и невесело ответила: «Я знаю, что если я выйду сейчас, то упаду. Хочу пробыть здесь как можно дольше».

Лена здесь избавляется от алкогольной зависимости, ее лишили материнства и забрали двоих детей.

Аня познакомила нас со своей наставницей, которая отвечает за адаптацию новичка в центре. Наставником Ани была Лена Якушева, ей 36 лет. У женщины забрали детей, в центре она находися уже 4 месяца и вернуться назад тоже не готова: «Я уже лежала в наркологии, и могу сказать, что здесь гораздо легче. У нас даже контингент другой — здесь не курят, не матерятся. А там только пичкают препаратами. У меня полностью сменился круг общения».

Александр: «Я не хочу назад. Мне не интересно, что обо мне думаю те, с кем я раньше общался».

Александр живет здесь год и обратно, похоже, не хочет, хотя понимает, что рано или поздно это сделать придется. По его словам, он перепробовал все в поисках новых ощущений.

В комнатах у ребятах много религиозной символики.

Первое правило реабилитационного центра «Руки помощи» — участие в общей молитве. Но это не секта, убеждает директор центра, принадлежать нашей вере не обязательно, но обряды необходимо соблюдать.

— Когда человек беспомощен, он не понимает, в какую церковь идет. Люди туда приходят случайно, иногда просто потому, что они впервые слышат о том, что человека кто-то любит, — объяснила главный нарколог Перми, — После того, как люди выходят из подобных религиозных центров, они зачастую приходят к нам на прием и говорят, что совершенно запутались.

На западе при какой бы церкви ни был создан реабилитационный центр, не обязательно исполнять ее религиозные обряды: В России ситуация иная.

— Церковь таким образом лишь исполняет свою социальную функцию, она не ставит себе целью обрести новых прихожан, — считает Юркова.У нас начинается движение к разделению церковной деятельности и реабилитационной. Уже есть два таких центра. В одном 3 человека, в другом около 15, но это уже шаг вперед.

Реабилитационный центр «Дельфин»

Следующий пункт нашей экскурсии — реабилитационный центр «Дельфин».

В «Дельфине» сейчас около 40 человек, среди них лишь 4 девушки. Молодые люди представляются и разговаривают неохотно, а от камеры вовсе разбегаются. Первый наш собеседник Сергей рассказал, что избавляться от алкогольной зависимости его отправили сюда родители, они же и решат, когда он покинет центр. Парню 29 лет, он рассказал нам о престижной работе в Перми.

Иван Мошкин (вместо фото отражение в зеркале) представился «старшим» и сказал, что он замещает директора в его отсутствие. На фото его комната, которая часто используется и для переговоров с «пациентами».

Другой реабилитант Александр заявил, что его в центр отправил брат. Раньше он уже проходил курс реабилитации для наркоманов по 12-шаговой программе, но потом вновь сорвался.

— Сижу здесь, «перекумариваю» уже месяц. Просто поканителился с братом, а он меня сюда отправил. Почему он решает за меня, когда я выйду? — с нажимом поинтересовался Александр у нас.

Все телефоны у ребят забирают. Контакт с внешним миром запрещен.

Услышав еще несколько заявлений «пациентов» о том, что сюда их поместили без собственного согласия, Properm.ru обратился к «старшему» Ивану Мошкину. Он в этот день замещал директора центра.

— К нам приходят добровольно, подписывают необходимые документы. А то, что вы слышали — это воспаленный мозг наркомана, — уверенно заявил Мошкин. — Людям с такой проблемой свойственна смена настроения. Проблема не решается за месяц или два. В нашем центре люди должны проходить полный курс реабилитации. Для наркоманов он длится около года, для алкоголиков полгода.

Суровые развлечения реабилитантов: тренажерный зал, музыкальный центр, телевизор и домашние животные.

В этом центре свои «иконы».

«Замотивировать зависимого на лечение» — главная задача ребцентра, говорит заведующая амбулаторного реабилитационного отделения Пермского наркодиспансера Людмила Патрушева.

Наркоманы, живущие в ремиссии, очень талантливые и удивительные люди, это признают все наркологи. Променяв львиную доли жизни на «наркотический кумар», они начинают вести более активную жизнь, пытаясь вернуть потерянные годы.

Сегодня в Пермском крае около 27 реабилитационных центров для излечения от алкогольной и наркотической зависимости. При том, что в крае около 80 тысяч наркоманов, лишь 14 тысяч из них состоит на учете и только 500 человек обращается за помощью в реабилитационные центры.

Избавление от зависимости каждый реабилитант называет по-своему — кто-то считает, что это «чудо божье», кто-то называет это осознанным выбором. Каждый центр предоставляет свою статистику, проверить которую достаточно сложно. Наркологи признают: количество реабилитационных центров растет, но уровень заболеваемости не падает.