Пятнадцать лет массовый кинематограф живет в тени супергеройских блокбастеров от студии «Марвел». Киновселенная явно в кризисе, и стремительно падает вниз. Но как же высоко она взлетела в свое время… И какие деньги приносила… Одним из многочисленных факторов успеха кинокомиксов от «Диснея» была так называемая схема «Марвел»: брать малоизвестного режиссера на проект сомнительной перспективы. В любом случае, такому режиссеру можно мало платить и при надобности легко выгнать на мороз (что практиковалось регулярно). А если фильм окажется успешным, то имени постановщика даже никто не вспомнит, и весь профит отойдет студии (это практиковалось еще регулярнее).
Так что неудивительно, что с десятками фильмов франшизы «Марвел» за полтора десятилетия в свет вышли и громко о себе заявили только две фамилии режиссеров. Первая фамилия — Руссо. Братья отметились любовью к качественному экшену и умению его снимать. Вторая фамилия — Ганн. Джеймс Ганн. И его успех — что-то совсем неожиданное. Он был трэш-режиссером и сценаристом, известным только в узкой тусовке, и ему дали снимать фильм о второстепенной команде космических героев, состоящей из откровенных фриков, — «Стражах Галактики» (название нелепое и пафосное даже для вселенной «Марвел», где все названия нелепые и пафосные). Но сочетание грошовых хорроров и комедий о банде фриков оказалось идеальным.
Но не только это сделало первых «Стражей Галактики» (12+) неожиданным хитом, а самих стражей любимцами публики, которые по степени обожания могли в какой-то момент заткнуть за пояс самих Мстителей. Дело еще и в том, что в отличие от большинства режиссеров-ноунеймов, которые приходили из ниоткуда в «Марвел», отрабатывали вахту и возвращались в свое ниоткуда, Ганн как истинный автор и художник пришел на смену со своей магистральной темой. И тема эта — травма. В основном, душевная, но часто подкрепленная физически.
Первые «Стражи Галактики» — это, в первую очередь, история о том, как кучка тяжело израненных внутри героев, собравшись вместе, побеждает как общего внешнего врага, так и врага внутреннего — свои травмы и комплексы. Конечно же, зрителю, относящемуся к поколению, погрязшему в самокопаниях и прочих мерехлюндиях, такое отображение очень понятных и простых переживаний, да еще и мастерски поданное в виде отличного космического комедийного боевика, не могло не понравиться.
Но вот в сиквеле Ганн дал маху, хотя рассчитал всё верно. Раз группа уже собрана и проблемы социализации пройдены, то сосредоточиться режиссер решил конкретно на одной травме безотцовщины Звездного Лорда Питера Квилла (Крис Пратт). Из-за этого фильм немного разваливался, ведь химия между героями, во многом тащившая первую часть, не была такой сильной из-за фокуса на одном персонаже.
После этого Джеймс Ганн явно провел серьезную работу над ошибками: понял, что не надо писать всякую «трэшанину» в соцсетях, снял для DC «Отряд самоубийц. Миссия навылет» (18+) — фильм об еще одной команде травмированных фриков, командной работой преодолевающих свои комплексы, попутно замочив кучу народа очень крутыми и изуверскими способами. А потом Ганн снял сериал «Миротворец» (18+) про фрика из «Отряда самоубийц», который тоже с помощью работы в команде преодолевает свои комплексы, попутно замочив кучу народа очень крутыми и изуверскими способами.
К третьей части «Стражей Галактики» уже изрядно заматеревший Ганн точно понял, как завернуть сюжет вокруг преодоления душевных травм одного персонажа, но так, чтобы и команда не осталась в стороне.
И персонаж этот в четвертой части — агрессивный енот-изобретатель Ракета (в английской озвучке — Бредли Купер, в нашей полупиратской — Константин Плотников (Горшок из сериала «Король и Шут» (18+). Оказывается, Ракета был экспериментом жуткого Высшего Эволюционера (Чукуди Ивуджи), который с помощью евгеники и отвратительных генетических опытов, совмещенных с геноцидом целых видов живых существ, хочет усовершенствовать жизнь во всей Галактике. Енот очень нужен этому изуверу, но Ракету тяжело ранят в схватке с наемником Эволюционера, лечение оказывается невозможно, и чтобы его спасти, Стражи Галактики отправляются в приключение.
И дальше герои разбираются со своими внутренними проблемами, не забывая остроумно шутить и круто драться в разных обстоятельствах, и даже жанрах: сначала на склизкой биостанции, где идет фактически фильм-ограбление, потом на копии Земли, где у нас почти криминальный фильм (Звездный Лорд пришел на разборку, а не в ловушку), а затем в крутейшем космобоевике на огромном звездолете. Причем здесь будет одна из лучших сцен фильма — снятая как бы одним кадром битва.
Вообще, в дизайне и разнообразии локаций Джеймс Ганн оторвался по полной, припомнив свое прошлое трэш-режиссера. Почти весь визуал представляет собой отлично сбалансированную смесь привлекательного и отвратительного, причем в таких рискованных пропорциях, что еще чуть-чуть — и выйдет какой-то кошмар. Но Ганн уже опытный мастер и таких косяков не допускает. Поэтому всё выглядит как надо — неприятно, но при этом завораживающе. Особенно это касается созданных Эволюционером животных-киборгов, глядя на которых доктор Моро удивленно бы воскликнул: «А чё, так можно было?!».
Ракета — и сам такой киборг, и история его травмы до последней трети фильма подается через флешбеки. Ганн тут бессовестно читерит, показывая милых зверюшек, подвергнутых жестким экспериментам. Конечно, любому нормальному человеку будет жалко бедных зверят. Но режиссер грамотно пользуется этим запрещенным приемом, через него раскрывая боль Ракеты и вызывая неподдельную ненависть к главному гаду.
Мастерское дирижирование кучей разных приемов, умение выстроить как разнообразный экшен, так и добрый юмор, и при этом не упустить основную тему и рассказать прекрасную историю о том, как попытка помочь другу справиться с ужасной личной трагедией позволяет всей команде решить внутренние проблемы и найти свой путь, — из этого состоят третьи «Стражи Галактики». Это делает их не только лучшим фильмом текущей фазы киновселенной «Марвел» (что нетрудно, ведь остальные картины этой фазы смотреть местами просто больно), но и лучшей работой Джеймса Ганна. Тут он смог отточить и довести до абсолюта все свои приемы и темы.
И вот с такими серьезными умениями Ганн возвращается в DC — снимать кино про Супермена. Не стоит сомневаться, что режиссер, который может заставить зрителя чуть ли не разрыдаться над судьбой говорящего космического енота, и для сверхчеловека придумает что-то интересное. Благо, за почти столетие существования в комиксах и на экранах у Супермена душевных травм поднакопилось. И Джеймс Ганн точно знает, что с ними делать.