Получайте оповещения

в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Кому принадлежит Пермь? Корпорация монстров Виктора Вексельберга

Кому принадлежит Пермь? Корпорация монстров Виктора Вексельберга
Фото: Properm.ru
Совокупная годовая выручка пермских предприятий, управляемых структурами олигарха Виктора Вексельберга, в 2017 году составила более 71 млрд рублей.

В приватизации и получении пермских предприятий, земли и недвижимости участвовали, конечно, не только представители пермского бизнеса. Многие крупные активы достались федеральным и даже иностранным владельцам, в том числе широко известным. Наш новый материал серии «Кому принадлежит Пермь?» посвящен одному из них. Как получилось, что монопольный рынок поставки воды, тепла и электричества в наши дома и на предприятия сконцентрирован в одном холдинге?

История становления и активы

61-летний Виктор Вексельберг — владелец группы компаний «Ренова», учредитель фонда «Связь времен» (владеет коллекцией яиц и музеем Фаберже), до недавнего времени президент фонда «Сколково» (фонд возглавил и.о. вице-премьера правительства РФ Аркадий Дворкович).

Также структуры Виктора Вексельберга занимаются девелопментом, производством цветных металлов и турбин, аэропортами, банковским сектором и высокими технологиями. Часть активов олигарха находится за рубежом.

В 2017 году он занял в рейтинге «200 богатейших бизнесменов России» 10 место, его активы Forbes оценил в 12,4 млрд долларов. Самым большим, по оценке журнала, его состояние было в 2014 году — 17,2 млрд долларов и третье место в рейтинге.

Динамика изменения состояния Виктора Вексельберга в 2005–2017 годах (Forbes)

Год Состояние, млн долларов Место в рейтинге «200 богатейших бизнесменов России»
2005 6 100 3
2006 10 100 5
2007 10 700 10
2008 11 400 16
2009 1 800 23
2010 6 400 16
2011 13 000 10
2012 12 400 8
2013 15 100 4
2014 17 200 3
2015 14 200 4
2016 10 500 7
2017 12 400 10

Виктор Вексельберг родился в 1957 году в городе Дрогобыч Украинской ССР. Окончил Московский институт инженеров транспорта (МИИТ). После института работал в конструкторском бюро ОКБ БН «Коннас». В 1989 году создал НПП «КомВек» («Компания Вексельберга»). В 1990 году вместе с Леонидом Блаватником, в то время уже гражданином США, учредил совместное предприятие «Ренова».

В 1990-е годы партнеры сфокусировались на металлургии — приобрели акции Иркутского алюминиевого завода (ИркАЗа), Уральского алюминиевого завода. В 1996 году создали ОАО «Сибирско-Уральский алюминий» (СУАЛ). В 2007 году СУАЛ, «Русский алюминий» Олега Дерипаски и швейцарская трейдинговая компания Glencore объединились в UC Rusal (Русал). Вексельбергу принадлежит 7,65% акций UC Rusal.

В 1997 году в партнерстве с Access Industries Леонида Блаватника и «Альфа-Групп» Вексельберг приобрел на аукционе контрольный пакет акций «Тюменской нефтяной компании» (ТНК). В 2003 году британская ВР и акционеры ТНК объединили свои российские активы и создали совместную компанию ТНК-BP. В 2013 году продали ТНК-BP «Роснефти» за 56 млрд долларов, доля Вексельберга составила 7 млрд долларов, и после продажи он обошел Алишера Усманова в списке богатейших людей России.

2002 год. Энергетические активы и коммунальные сети достались «Ренове» во время реформы энергетики, проведенной РАО ЕЭС России под руководством Анатолия Чубайса. Под реформу был создан КЭС-Холдинг, в портфель активов которого попали ТГК в четырех регионах и сбытовые компании.

Анатолий Чубайс, фото zampolit.com

2003 год. Созданы «Российские коммунальные системы» («РКС»), это был громкий проект, созданный под реформу ЖКХ, с серьезным составом учредителей — изначально по 25% компании принадлежало РАО «ЕЭС России» и Газпромбанку, ещё по 10% владели «Евразхолдинг», «Кузбассразрезуголь», банк «Еврофинанс», «Интеррос» и КЭС-холинг. Было заявлено присутствие в 26 регионах, где создавались дочерние лица. В итоге проект закрепился только в восьми регионах, Пермь был одним из ключевых, а «Ренова» быстро нарастила свое участие в «РКС» — уже в 2006 году у «Реновы» контрольный пакет 75%, 25% остается у РАО «ЕЭС России», а с мая 2008 года уже 100% акций компании принадлежало КЭС-холдингу.

Еще на этапе реформы неоднократно звучала критика проекта — многим акторам были очевидны многие будущие ходы частного сектора — приватизация только ликвидных активов и сброс неликвида городу, закрытие социально значимых, но убыточных предприятий, малая реальность инвестирования через кредитование, а соответственно — взымание затрат на инвестиции через тариф с населения и рост тарифов, и наконец, возможный вывод прибыли и налогов из региона.

 

Реформа энергетики и ЖКХ

Государственное РАО ЕЭС, в которое входили все региональные «АО энерго», в начале 2000-х было структурировано для последующей продажи. Инициаторы реформы планировали денационализировать генерацию и сделать формирование тарифов рыночным, чтобы привлечь в стагнирующую отрасль инвестиции. Генерация энергии (ТЭЦ, ГРЭС) была отделена от сетей ее поставки (магистралей и подстанций). У государства оставались оптовый рынок, магистральные сети, ядерная энергетика и крупные гидроэлектростанции (например, Пермская ГЭС) в составе «ГидроОГК». Остальное поставили в план приватизации.

Всю энергетику разделили на межрегиональные оптовые компании (ОГК), куда входили в основном крупные тепловые ГРЭС, снабжающие несколько регионов (например, Пермская и Яйвинская ГРЭС) и территориальные генерирующие компании (ТГК), которые снабжали энергией и теплом конкретные регионы. В среднем в одну ТГК «нарезали» не более ЗГВт суммарных местных мощностей.

ТГК (всего 14 единиц) создавались на основе одного или нескольких региональных дочерних обществ, в Пермском крае это изъятые из региональных «Пермэнерго», «Свердловскэнерго», «Комиэнерго» генерирующие мощности. Крупнейшая в Прикамье местная генерация — ТЭЦ-9 мощностью 410 Мвт (обеспечивает до 70% потребности города), остальные заметно меньше. Они поставляют электричество на «оптовый» рынок, а также теплоэнергию (пар и горячую воду). Местные котельные обычно генерируют только тепло, а гидростанции (Камская ГЭС) — наоборот, только электроэнергию.

Оставшаяся отрасль ЖКХ — сети теплоснабжения (отопления), водоснабжение и водоотведение, реформировалась иначе. Оптового рынка здесь быть не может, системы чаще всего изолированные и тарифы устанавливаются на местном уровне. Во многих регионах водоканалы по-прежнему являются муниципальными предприятиями — МУП. В части регионов они переданы в аренду частным компаниям, а в Пермском крае — в концессию. Так как до реформы именно в структуры ЖКХ муниципалитетов входили сети распределения тепловой энергии (по простому, горячей воды и тепла), то их реформаторы выделили в отдельные бизнесы и предлагали в первую очередь владельцам генерации на территориях.

Поэтому теперь в ваш дом тепло, горячую, холодную воду и э/энергию поставляют иногда четыре разных компании.

Передача активов в частные руки, через аренду и разные варианты частно-государственного партнерства активно лоббировалось на местном и федеральном уровнях в рамках проводимых реформ — энергетики и ЖКХ. Основным тезисом являлся катастрофический износ основных фондов, а также текущая неэффективность и убыточность большинства МУПов — реформаторы считали, что частный инвестор сможет восстановить инфраструктуру.

«КЭС-холдинг» не скрывал своего интереса ко всей вертикали энергетики, при этом считал «коммуналку» непрофильным бизнесом, говорил тогда президент КЭС-холдинга Михаил Слободин, и намерен был консолидировать только энергоактивы (генерация и сбыты) и ритейл (продажа газа, электричества и тепла).

 

Первые шаги в Прикамье

В Пермский край структуры Виктора Вексельберга зашли в начале нулевых при губернаторе Юрие Трутневе, начав с аренды и приобретения энергоактивов и предприятий коммунальной сферы. Большинство сделок по отчуждению имущества у муниципалитетов произошло уже при губернаторе Олеге Чиркунове.