Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

История сельского заката. В 50 километрах от Перми выживают только дачи

13 июня 2013, 13:00

История сельского заката. В 50 километрах от Перми выживают только дачи
Любой населенный пункт неподалеку от Перми - лакомый кусок для коттеджной застройки. Земля стала проклятьем и для села Троица. Теперь здесь нет школы, детского сада, закрыли детдом. Местным жителям осталось считать отведенные селу годы жизни.

Село Троица в 50 километрах от Перми. Здесь постоянно живут 400 человек, летом приезжает еще 200 дачников-отдыхающих. Троица появилась в сообщениях пермских СМИ после того как стало известно, что представители территориального общественного самоуправления села пожелали выйти из состава Сылвенского сельского поселения и создать собственное муниципальное образование. Разбираемся на месте, откуда такое желание возникло у председателя ТОСа Георгия Шабанова.

ТОС называет ряд причин отделить Троицу от Сылвенского поселения: лес с местного кладбища вырубают и топят им дома, на территории церкви стоят мини-гостиницы для «своих», берег Сылвы продают под строительство коттеджей, мусор выбрасывают прямо в карьер, откуда идет забор питьевой воды. Руководство ТОСа верит, что если село отделить, жизнь в нем наладится.

Чуть больше часа езды на автобусе (меньше получаса на автомобиле), и я в селе. С председателем ТОСа, Георгем Шабановым и членами ТОСа — Ириной Сокольщик и Аллой Рудаковой мы встретились в сельском доме-музее.

Дом-музей. Только здесь члены ТОСа могут собираться.

— ТОС мы создали два года назад, когда решили предотвратить захват берега строителями, стали браться за одно-другое, оказлось, что проблем в Троице очень много, — перебивая друг друга рассказывают члены ТОСа.

Мои собеседники — Ирина Сокольщик, Георгий Шабанов и Алла Рудакова.

Ни один из активистов Троицы не похож на ворчливых старушек, которых часто не устраивает жизнь. Шабанов — практикующий юрист, приехавший из Перми в село 15 лет назад. Член ТОСа Ирина Сокольщик четыре года назад переехала сюда из Перми в поисках экологически чистого места.

— Мы не «активисты», мы — жители, — объясняет Шабанов. — Есть у нас проблемы, и мы пытаемся их решить, без всякой претензии на политику.

Оснований для недовольства властями у жителей Троицы достаточно. Именно краевые власти, как Properm.ru уже писал ранее, вынудили пойти членов ТОСа на крайний шаг — просить губернатора Пермского края отделить их от Сылвенского сельского поселения и создать отдельное муниципальное образование — Троицкое сельское поселение.

Из музея отправляемся на «объезд» проблемных территорий села. Далеко ходить не надо, на центральной улице — Советской — Шабанов указывает на забор, которым собственник земельного участка отрезал пешеходный тротуар. В забор «вписан» торговый киоск.

Георгий Шабанов: «Ширина тротуара должна составлять 1 метр, а между ним и улицей должен быть газон шириной 1 метр. По тротуару должны ходить люди, дети, мамы с колясками. Улицы без тротуара — это опасно для жизни людей! Неужели не понятно?»

Та же картина на соседней улице.

«Здесь дорога должна быть двухполосная, однако владелец дома «впихнул» здесь угол забора», — комментирует Шабанов.

Начинается дождь. Мои «экскурсоводы» приглашают посмотреть на берег Сылвы. Справа прекрасный речной пейзаж, слева свалка мусора. На берегу нет ни урн для мусора, ни территории для ожидания парома.

«Люди ждут паром, — ни мусор выкинуть, ни от дождя укрыться, ни в туалет сходить», — сетует член ТОС Алла Рудакова.

Возвращаемся в село. Навстречу девочка и пожилая женщина.

Когда паром ушел? — спрашивают.

Только что, — отвечаем.

Это значит, что ждать пассажирам как минимум полчаса. «За это время можно намусорить» — делает вывод Георгий.

Прячемся от дождя в машину. Едем на другую часть берега Сылвы — она тоже не радует глаз.

Алла Рудакова показывает: Здесь раньше был выход на пляж, теперь его огородили забором.

Проход к пляжу закрыли знаком «Опасная зона! Проход запрещен».

Идем вдоль берега. К лесу здесь уже не подойти.

Один роскошный коттедж сменяет другой.

На левой стороне остался только один общедоступный выход к реке, где раньше паслись сельские коровы и играли дети. Сейчас он разрезан на участки и продан. Скоро и здесь появятся коттеджи.

— Еще года два назад мы обнаружили, что земля на берегу Сылвы, предназначенная для рекреации, была приватизирована с очень большими нарушениями, — рассказывает Георгий. По его словам, руководсво ТСЖ «Троицкие поляны», собственник этого земельного участка, переписало эти приватизированные земли на своих членов.

Сначала Администрация Сылвенского поселения давала участок в 5 гектаров под строительство базы отдыха. После этого чиновники землю разбили на 34 участка и продали своим же членам ТСЖ для индивидуального жилого строительства, — продолжает Георгий. — Они (руководители ТСЖ — Properm.ru) сказали, мол, «Вы сами проспали. Могли и сами уже это сделать».

— Но нам и в голову не приходило, что кто-то начнет этот берег застраивать! — возмущается Ирина.

— А администрация, во главе с Виктором Пьянковым (главой Сылвенского сельского поселения — Properm.ru), не помешала передаче земель. Пьянков все подписал, — вторит Алла.

Так появилась «новая» Троица. Коттеджный поселок с совсем другим контингентом жителей. «Старая» Троица осталась без выхода к реке, без земли, без дороги. За 20 лет село лишилось медпункта, садика, школы, почты.

Дорогу в коттеджный поселок «Новая Троица» перекрыли новым шлагбаумом. За ним было нерестилище щуки, теперь там стоянка для катеров.

Члены ТОС наперебой рассказывают, что два года назад, когда началась передача земель ТОСа в частные руки, члены самоуправления убедили прокуратуру выйти с иском в суд на ТСЖ «Троицкие поляны». Первую инстанцию жители села выиграли. Но администрация Сылвенского поселения не пожелала препятствовать застройке берега.

— Селу 400 лет. На этом берегу традиционно были пастбища. А теперь весь скот ходит по улицам, где успеет урвать траву — там и пасется. Да и площадка тут детская была, единственная в селе. Мы ее своими силами создавали. Летом здесь куча народа купается. А сейчас нам наше традиционное общественное место перекрывают, — вздыхает Ирина.

— Пьянков однажды сказал: «Зачем эти коровы, от них только грязь и вонь», — цитирует главу администрации Алла.

— Корова у нас вообще скоро станет священным животным! — пообещал Георгий, ловко объезжая ямы.

На середине улицы Северной стоит столб. Каждый объезжает его как может.

— Полное отсутствие градостроительной политики, — констатирует Георгий.

— Ни детской площадки, ни фельдшерского пункта нет. Его не было даже в документе генерального плана развития до 2035 года, — подключается Ирина.

— 20 лет назад был медпункт, садик, школа, коррекционная школа, почта, сберкасса, своя администрация, свой совет депутатов, лесничество… — загивая пальцы перечисляет Алла.

— Если бы сразу сотрудники администрации вступили с нами в диалог и объяснили, мол, «понимаете, ребята, денег нет!». А нет же, у нас все было так, что «не суйтесь, не ваше дело». Глава поселения Пьянков вообще людей «обрубал» с любыми вопросами, — вспомнил Георгий. — Я сына вожу сына каждый день за 52 км в детский сад в Пермь. Хотя в Конституции написано, что каждый имеет равнодоступность и бесплатность дошкольного образования…

— Вполне нормальная школа, исправная, была закрыта 2 года назад, — Ирина развивает тему недоступности образования в Троице. — Здание отдали под снос, а площадку под ИЖС (читай, под коттеджную застройку — Properm.ru). Вот оно будущее — сначала ребенку не хватило места в садик, а потом не хватит места в школе. Всех детей отправили учиться в Сылвенскую школу, через лог. За несколько километров от дома.

«Экскурсоводы» рассказывают: в 2010 году был продан детский дом, занимавший территорию площадью около 1,5 га. Еще одно звено в системе образования сменило загородное жилье.

— Администрация Пермского района говорит нам : «Жители, активизируйтесь»! Мы активизировались, и стали никому не нужны, — тихо проговорила Ирина. — Теперь администрация считает нас врагами. Обо всем, что мы вам рассказали, мы писали обращения в администрацию. Результативных обращений очень мало, чаще всего сталкиваемся с бесконечным «отпиныванием».

— По конституции у нас местный уровень власти отделен от верхнего, — рассудил Григорий, практикующий юрист. — Глава поселения Виктор Пьянков не подчиняется главе Пермского района Александру Кузнецову. Формально, юридически, он может сказать ему «извини, у меня тут жители, я буду делать то, что им выгодно!». Но он этого не делает.

Подъезжаем к старому кладбищу. Расположено оно рядом со Свято-Троицкой церковью, выкрашенной в зеленый цвет. Церковь издалека блестит куполами.

Не все «гладко» в храме Божьем, считают члены ТОС «Троица».

Рядом с церковью широкий массив столетних елей. Они растут так плотно, что почти не пропускают свет. Некоторые деревья растут даже на могильных плитах. В этом году жители ТОС стали замечать, что лес заметно поредел.

Эти пеньки местные жители заметили 7 апреля 2013 года.

— Мы знали людей, которые рубили лес у кладбища, да они и не скрывались. На территории, граничащей с кладбищем, с разрешения нового церковного батюшки был построен жилой дом. По правилам пожарной безопасности, от постройки на протяжении 15 метров не должно быть леса. Быстро нашлись те, кто под прикрытием этого правила вырубили лес на дрова. «Нам разрешил замглавы Пегушев!» — заявили нам эти люди.

«Проплешины» в лесу вдохновили других древосеков, теперь вырубку уже не остановить.

Ирина: «Рубят хорошую деловую древесину, а не сухостой».

Дом, который построили по распоряжению батюшки. Якобы для выпечки просвирок (освященный хлеб, используется при богослужении — Properm.ru), утверждают в церкви. Члены ТОС полагают, что дом используют как сельскую мини-гостиницу. Живут в ней приближенные к церкви люди.

Из Перми приехала природоохранная прокуратура с целью проверить факт размещения несанкционированных свалок. С прокурором, молодой и серьезной женщиной, заместитель главы Сылвенского сельского поселения, Александр Пегушев. Не успев выйти из машины, Пегушев закричал на «тосовцев».

— Да это что такое, сколько можно уже об этом говорить? Каждую неделю ведь ездим сюда! В конце концов, вы че? Терпения не хватает! — орет Пегушев.

Заметив мой фотоаппарат, чиновник окидывает меня подозрительным взглядом. Достает сигарету. Закуривает. Начинается спор при участии прокурора Елены Мухиной.

Справа Шабанов, слева Пегушев. Отношения напряжены.

— Мы не виноваты, что люди кидают мусор в леса! — начал Пегушев.

Я хочу найти выход. Вот наложат штраф теперь 100 тысяч на главу и будет административка — спасет это вас? — обратилась Мухина к Шабанову.

— Нет конечно! — хором ответили члены ТОС. — Вы хотите, чтобы мы пожалели администрацию что-ли?

— Почему убрали контейнеры (мусорные контейнеры с территории пляжа и улиц поселка — Properm.ru)? — приступила прокурор к допросу Пегушева.

— Потому что люди не оплачивают эту услугу, — растерянно и, заметно взволновавшись, отвечает зам.главы.

«Собрал в мешок мусор, да и все — проблема-то в чем?! Приедут — заберут!» — непринужденно учит «тосовцев» Пегушев.

Ликвидация контейнерных площадок началась в Троице в октябре 2011 года. Администрацией Сылвенского сельского поселения назвала это «экспериментом» на полгода. Уже в декабре необычный эксперимент признали удачным и решили контейнеры не возвращать. На встречах с населением чиновники обявили: сбор и вывоз твёрдых бытовых отходов — это проблема жителей.

— Мусор начал захватывать карьеры, овраги, брошенные стройки, берега реки, улицы, кладбища и лес, — описывает результаты опыта чиновников Ирина.

Прокурор осматривает места несанкционированных свалок. Масштаб стихийных свалок впечатляет.

Администрация не считает мусорки в лесах ущербом, поэтому и заявить ни на кого не может, считают члены ТОС «Троица».

Возвращаемся в «кладбищенский лес». Прокурор констатирует: деревья срублены, посередине — кучи мусора, рядом виднеются старые надгробные плиты. «В середине леса — явно браконьерская вырубка», — обращает внимание Мухиной Шабанов.

Во время обхода Пегушев, делает заявление: «Это не лес, а просто городские насаждения». Наше фото ставит эти слова под сомнение.

Стоим на вершине карьера, расположенного рядом с трассой Пермь-Троица. В глубину он с 9-этажный дом, общая площадь — около 1 га.

Из этого карьера в Троицу поступает питьевая вода.

Пока Шабанов и Пегушев спорят, Алла и Ирина помогают прокурору составить точный перечень загрязненных мест. Их как минимум четыре: пляж, карьер, «кладбищенский» лес и площадка в центре села — там еще одна свалка мусора.

— Если честно, я много езжу по районам Прикамья. Но такой беспредел вижу только здесь, — призналась прокурор.

Резюме: По факту размещения свалок прокуратура предъявит иск о принуждении администрации Сылвенского поселения организовать сбор и вывоз мусора со всей территории поселения. Это единственное, чего могут добиться жители «старой» Троицы. На утраченный детский сад, школу и землю они уже махнули рукой, смирившись с тем, что селу осталось жить от силы лет 10.

Пока мы общались с прокурором, Александр Пегушев незаметно уехал. Прощаемся с Аллой, Ириной и Георгием. «Приезжайте летом в гости. У нас тут душевно. Природа. Сылва», — приглашает, улыбаясь, Георгий Шабанов. Соглашаюсь приехать позагорать, лес и реку у «старой» Троицы пока никто не отнял.