Министр спорта Владимир Епанов о проблемах отрасли, распаде «Амкара» и разочарованиях. Большое интервью

16 июля 2018, 10:32
Фото: Виктор Михалев для Properm.ru
С 1 июня краевое Министерство спорта Пермского края возглавляет Владимир Епанов. Сегодня мастеру спорта международного класса по легкой атлетике и экс-руководителю ДЮЦ «Здоровье» приходится выводить из кризиса всю отрасль, отвечать на неудобные вопросы, а также помогать федерациям, чтобы не подвести спортсменов.

— Владимир Ильич, расскажите, когда и от кого вам поступило предложение возглавить Министерство спорта Пермского края?

— Я долго работал директором ДЮЦ «Здоровье». В последнее время занимался восстановлением большого спортивного комплекса «Прикамье» в Закамске, который нам передали. Было очень много работы, но мы привели его в порядок, сделали ремонт зала бокса, довели до такого состояния, что в этом году, в феврале, получили лицензию. Думаю, что через года два комплекс будет в хорошем состоянии. В мае я ушел в отпуск и за два дня до выхода мне предложили должность министра.

Еще раньше со мной разговаривали старшие товарищи по цеху. Ко мне подходили президенты федераций, известные наши специалисты, тренеры, и говорили, что хотят видеть меня на посту министра. Я говорил, что вопрос этот не решаю, но с удовольствием бы поработал, потому что много сейчас недопониманий в сфере спорта. Но была процедура отбора — общественность, спортивный совет обсуждали кандидатов. Кто-то был против меня, я не скрываю, но по итогам меня представили губернатору и предложили должность.

— Понимали, что должность в последние годы «расстрельная»?

— Да, я понимал, и понимаю. Сейчас, когда вникаю в работу осознаю, что ситуация не простая. За прошлые года было накоплено очень много проблем, но я думаю мы справимся со всем, и сейчас уже есть горизонт развития на пять лет. Задачу губернатор ставит очень серьёзную: мы должны создавать условия для занятий всех слоев населения физической культурой и спортом, как для спортсменов, так и для начинающих.

Указом президента РФ до 2024 года, мы должны выйти на показатель вовлеченности в 55% в массовый спорт. Есть много проектов, которые касаются отдаленных районов, где будут строиться новые площадки, будут работать тренеры на базах школ. То же самое в крупных городах. На сегодняшний день мы на 90% защитили бюджет на три года, будем выкупать стадионы. Ненормативные площадки будем ремонтировать.

— Когда первый раз пытался договориться с вами на интервью, буквально через несколько дней после вашего назначения, мне дали понять, что пока рановато. Второй раз объяснили, тем что график расписан встречами с федерациями. При этом вспомнились слова экс-министра Олега Глызина, о том, что «его приемнику будет проще» на этой должности. Уже чувствуете, что вам досталось достойное наследие?

— Если честно, то руководитель, который после меня возглавит ДЮЦ — ему будет действительно проще: все прозрачно и системно.

Я не хочу в адрес коллеги (Олега Глызина — Properm.ru) ничего плохого говорить, но проблем много. Законы меняются, поэтому все будем менять, совершенствовать, менять законодательную базу.

Что касается спортивной инфраструктуры — очень много объектов строилось не там, где надо. Приведу пример. Построили в Красновишерске ледовый центр, на обслуживание которого необходим миллион рублей в месяц. А там людей нет, он вообще там не нужен! И таких объектов немало. Поэтому сейчас мы создаем дорожную карту, чтобы действительно строить объекты эффективно.

Три недели назад к нам приезжала Ирина Роднина и мы обсуждали создание малобюджетных ФОКов — в сельской местности не нужны дорогие комплексы. Зал для волейбола, баскетбола, футбола, тренажерный зал, административные помещения можно построить за 20–30 млн рублей, чтобы не тратить суммы разы больше.

Я поездил уже по нескольким муниципалитетам. В Чайковском все достойно. В Березниках понравилось — строится очень много площадок, в частности, для молодежи: воркаут, волейбол, баскетбол. Не хватает развития в Соликамске. Фактически там только ФОЦ современный, а все остальное построено в советское время. В Кудымкар на прошлой неделе ездили: стадион новый построили при колледже, бассейн есть, но тоже проблем много.

— Вы пришли буквально за две недели до распада «Амкара», к вам за это время кто-то приходил из клуба?

— «Амкар» — это частный клуб. У них был руководитель. На сегодняшний день Пермский край выполнил все требования, которые стояли в денежном плане. Получается, что управленческая команда «Амкара» не выполнила требования — они не нашли спонсора. Руководство уже ко мне не приходило.

Приходили, кстати, ребята из фанатского движения «Пермь Великая». Они написали письмо президенту — просили разобраться и посмотреть, чем управление «Амкара» занимается, сделать масштабную проверку. Они хотели сохранить клуб, но поменять менеджмент. У власти (региональной — Properm.ru) здесь не было полномочий.

Насколько я знаю, еще до меня, в январе, наши известные футболисты пришли к руководству, и обсуждали создание молодежной футбольной команды. У нас много подготовительных команд, но ребята не могли попасть в дубль, не говоря об «Амкаре». Цель Алексея Попова и Константина Парамонова была создать клуб, чтобы наши ребята не терялись, а попадали в молодежную команду, а с команды попадали в «Амкар». Но так получилось, что клуб остановил свою деятельность.

К нам приходил футбольный клуб «Звезда-2005», мы с ними пообщались, нашли инвестора. Сейчас они играют, все у них нормально. С профессиональными клубами подписали контракты — все идет в штатном режиме.

— Получается, что сейчас мы приходим к системе, когда все клубы будут существовать за счет бюджета Пермского края? От этого ведь пытались отказаться.

— У нас, чтобы вы понимали, около 100 федерации, на которые в среднем тратится 200 млн рублей в год. «Амкар» обходился краю минимум в 400 млн рублей, представляете? Сейчас, у нас футбольную молодежную команду создали за 45 млн рублей. Тут принципиальная разница в том, что по факту «Звезда» — это сборная Пермского края: никаких легионеров и даже никаких иногородних. Это основной принцип команды.

— 45 млн уже выделили на «Звезду». Перед клубом с пермскими игроками стоит задача зарабатывать?

— Конечно, закладывается экономический фактор. Возьмем «Звезду». Игроки приходят и сейчас они проходят «мужскую обкатку», потому что вторая лига (ПФЛ) уже мужской футбол — это уже не молодежная команда. Они проходят там обкатку, и имеют шанс заявить о себе. Если игроки пермской команды могут заинтересовать другие клубы их могут выкупать. Трансферный рынок — это основной доход для клубов.

— Не получится ситуация, что мы будем взращивать своих спортсменов, профессионалов, звезд, продавать, а общий уровень клуба не будет расти?

— Это только один из вариантов. С другой стороны, почему нет? Я в свое время ездил часто в Англию. В Ливерпуле впервые столкнулся с организацией, в которой 11-летний парень прошел жесткий отбор, и с его родителями заключили контракт. Им уже платили 1000 фунтов стерлингов, одевали, кормили, платили деньги. Клуб выращивает футболистов и в 18 лет они его могут куда-то продать.

На уровне России, у нас система не выстроена, мы недавно были на баскетбольном матче. Одного мальчика из Березников уже хочет забрать ЦСКА. На уровне ДЮСШ мы же вкладываемся в зарплату тренера, на подготовку, сборы, а у нас отбирают просто спортсменов другие регионы. С другой стороны, а что плохого в том, что Пермский край будет продавать своих игроков, тем более в топ-клубы России?

— Я больше делаю акцент на том, что «Звезда» играет в ПФЛ, и как она может выйти в дивизион выше и какой шанс, если мы будет продавать футболистов.

— Мы не можем загадывать сколько они там будут выступать. Для того чтобы выйти в первый дивизион, надо хорошо играть сейчас.

— Олег Глызин говорил, что финансирование профессиональных команд ежегодно будет уменьшаться на 5%. Вы продолжите его реформу?

— Это был приказ президента РФ. В нем четко сказано, что мы очень много тратим денег на профессиональные клубы, и нам не хватает денег на детей, на массовый спорт, на создание условий. Четко Владимир Владимирович сказал, что профессиональный клуб должен сам научиться зарабатывать. Олег Анатольевич (экс-министр — Properm.ru) прав отчасти, потому что в этом плане мне будет легче — он начал ломать эту систему.

— То есть уменьшение на 5% в год?

— Да.

— «ПАРМА» в прошлом году получила на 55% больше. Как это произошло?

— Это были перераспределенные деньги от волейбольного клуба «Прикамье». Финансовый год у ведомства с 1 января по 31 декабря вне зависимости от начала сезонов у клубов. Каждый год в январе клубы получают первый транш в 50%, только «Амкару» пошли на уступку. Волейбольный клуб «Прикамье» не подал заявку на получение второй половины, хотя деньги клубу были заложены, 30 млн рублей, если не ошибаюсь. Эти деньги были распределены на баскетбол/

— Амкар получил 70%, в начале года, а оставшиеся 30%, куда делись?

— В бюджете.

— А те деньги, которые им перечислили, они должны вернуть?

— Они сколько-то привлекут, а разницу между тем что они привлекли и что им выдано, если будет какая-то разница, вернут. В законодательстве это прописано. Юридически клуб еще существует, деньги ведь выдавались не конкретному человеку, а юрлицу. Они тоже сейчас должны свести все свои доходы.

— Если сейчас подвести итог, получается, что распад «Амкара» пошел на пользу всем клубам Пермского края, в плане распределения средств.

— Время покажет. Сложно, так сказать. Мы все понимаем, что это была команда Премьер-лиги и второй дивизион с этим не сравнится. Но и «Амкар» когда-то так начинал свой путь.

— «ПАРМА» и «Молот» — это бренд региона. Ребята смотрят, вдохновляются, стремятся к уровню, а с футболом сейчас будет проблема, как я понимаю.

— Я думаю, что время покажет.

— Сейчас есть «Звезда» и «Звезда-2005», не видите размытие бренда?

— Возродили «Звезду», что теперь переименовать «Звезду-2005»? Назвать команду «Амкар»? Ни один болельщик «красно-черных» не поймет.

— В стране множество примеров, когда крупные спонсоры, «Газпром», ЛУКОЙЛ, РЖД вкладываются в развитие клубов. Почему в Пермском крае у бизнеса нет такого интереса?

— У нас сейчас развивается государственно-частное партнерство. Ко мне приходили частные инвесторы от имени федерации. Люди уже хотят вкладываться, но мы сейчас выстраиваем механизм. Тут проблема в требовании лиг. С тем же ЛУКОЙЛом очень сложно договориться, потому что ЛУКОЙЛ является титульным спонсором клуба «Спартак», и все эти крупные спонсоры не могут быть спонсорами у двух клубов. Это правило.

— Условный «Уралкалий»?

— Он финансировал «Анжи».

— По факту не осталось спонсоров?

— Которые готовы потянуть сумму полмиллиарда? К сожалению, пока нет.

«Молот» в этом плане молодец — они выстроили трансфертную систему. Они живут потому что воспитывают игроков, обкатывают их у себя, при этом готовы, что какие-то результаты могут упасть, продают. Это конвейер, и это как раз-таки пример для других клубов. Деньги помогают покрыть обязательства, полученные в связи с бюджетным финансированием.

— Про изменение финансирования спортивных федераций говорилось, что деньги будут выделяться через «Центр спортивной подготовки» — до проведения мероприятия. Система уже работает?

— Да, с 2018 года финансирование федераций идет через «Центр спортивной подготовки. Теперь федерации не получают деньги на счета. Если хотят провести мероприятие, представляют документы на аренду спортивной площадки, работу судей, а договоры со всеми заключает ЦСП, и сам же оплачивает. Законодательство поменялось, плюс федерации избавили введения бухгалтерского учета серьезнейших документов перед органами власти. Очень много людей приходит и говорят «да, нас все устраивает».

- И негатива нет?

— Немножко есть, система только первый год работает. Мы сейчас будем шлифовать это дело, но до уровня скандала не доходило. Раньше федерации бывало только через три месяца сдавали документы — куча финансовых нарушений было. Конечно, сейчас мы решаем некоторые вопросы в суде, иначе никак.

— На майском заседании совета по физической культуре и спорту при губернаторе Пермского края тоже обсуждалась проблема спорта, достижений, и говорилось о проблеме взаимодействии федераций с ЦСП. Говорилось, что комиссия ЦСП игнорируют мнения федераций, и что в СК им Сухарева, после передачи в ведомство Центра, завышаются пользование льдом в три раза.

— Ну это немножко неверная информация, это Высокова (Светлана Высокова, конькобежка и бронзовый призер зимних Олимпийских игр 2006 года — Properm.ru) говорила, и она сама сказала, что ошиблась.

— То есть барьеров никаких не возводится между федерациями и ЦСП?

— Я думаю, что нет. Наоборот, мы же одна семья, одна отрасль. Мы должны тесно работать, потому что развиваем спорт. А за этим стоят и массовость, и занятие физической культурой, и спортивные достижения. Недавно к нам приходила лыжная федерация, мне очень понравилось: они взяли с собой исполнительного директора, который все хорошо знает. Мы с ними поговорили, какие будем планировать лыжные трассы, лыжную базу какую выкупать.

Они говорили, что много наших спортсменов уезжает из края. Оказывается, у нас буквально два года назад первенство мира выиграл березниковец, лыжник. Его пригласили в Казань, но ему не создали условия там, и он сейчас возвращаются обратно. Даже наша лыжница Мария Истомина приходила, говорит, что их приглашают в Ханты-Мансийск. Наша задача — создать условия для элитных спортсменов, чтобы они продолжали выступать за Пермский край. Если говорить о профессиональном спорте мы можем продать [игроков], но, когда касается индивидуальных видов, их просто переманивают, предлагают высокие зарплаты.

— Манеж «Пермь Великая». Согласны, с тем, что это крупнейший строительный провал за эти годы?

— Не провал. Объект сдали, но там были нарушения. Проблемы устраняются, после завершения работ можно будет полноценно проводить соревнования.

— Кто там будет тренироваться, играть?

— Футболисты. Основная задача строительства манежа «Пермь Великая», это детский спорт.

— Раньше говорилось, что была задача подготовить площадку для тренировки футболистов к ЧМ по футболу.

— Я не знаю кто это придумал, это был слух не более, потому что основное требование к тренировочным базам команд ЧМ — натуральный газон. Поэтому никогда манеж «Пермь Великая» под мундиаль не рассматривался. Он просто строился в рамках программы приуроченной у ЧМ. Он даже не мог использоваться футбольным клубом «Амкар», больше чем тренировочная база, потому что не соответствует критериям РФПЛ по вместимости болельщиков.

— Сейчас получается полей много: в СК им. Сухарева начала тренировки «Звезда», «Пермь Великая», стадион «Звезда», который перешел в краевую сосбвственность. Получается у нас футболом все поля заполнены.

— Это же прекрасно! Мы сейчас выстраиваем систему подготовки футболистов, начиная от детского и заканчивая профессиональным. В эту систему у нас включены те ребятишки, которые тренировались при «Амкаре». В Центре подготовки молодых футболистов — 70% было за счет платы родителей. Сейчас школа подготовки «Амкара» тоже в краевом ведомстве и с 1 сентября ребята приступят к тренировкам.

— К сентябрю мы ждем, что манеж «Пермь Великая» будет сдан и нас всех позовут торжественно его открыть?

— Конечно! Сейчас устраняются недостатки, которые были обнаружены прокуратурой.

— В прошлом году говорилось о строительстве новой баскетбольной арены, взамен «Молота». Но Россия отказалась подавать заявку на Кубок мира. Власти планируют построить арену?

— Планируем, что у нас в следующем году будет молодежный чемпионат по баскетболу. Заявку мы подали, сейчас в сентябре приедет комиссия. Если все будет нормально, то будут игры проводиться.

Обследование «Молота» показало, что он соответствует нормативам. При определенных вложениях его можно использовать. Это все-таки исторический объект для нашего города и масштабный, поэтому его и рассматриваем в качестве основного. Возведение нового центра было обусловлено тем, что это было требованием комиссии ФИБА к Кубку мира по баскетболу 2022 года, но поскольку Россия отозвала свою заявку, вопрос строительства отложен.

— Пермяки жаловались на отсутствие лыжероллерной трассе. Есть понимание, где она появится?

— На сегодняшний день мы рассматриваем вариант выкупа биатлонного комплекса «Пермские медведи». Думаю, что в следующем году, мы начнем делать трассу для профессиональных спортсменов, которые занимаются лыжными гонками и биатлоном. Кроме этого мы сейчас рассматриваем возможность создания простой трассы вокруг Балатовского парка: хороший асфальт положить, чтобы люди могли на велосипедах, на роликах покататься.

— Когда появится санно-бобслейная трасса в Чусовом?

— На новую трассу нужно больше 2 млрд рублей. Сейчас есть комплекс в Сочи. Смысл тратить миллиарды, если легче отправить ребят на сборы туда, где есть хорошая трасса?

— По факту получается, что в ближайшее время строительство крупных арен и объектов не запланировано?

— Мы сейчас ищем площадку под «Центр фигурного катания», который хотим начать стоить в 2019 году. Нужен хороший манеж для бегунов.

Город ведь тоже строит какие-то объекты, и проекты надо синхронизировать. Надо чтобы все объекты правильно использовались, чтобы они не пустовали, чтобы они не простаивали. Если территория не хоккейная, то зачем там строить ледовый дворец? Есть задача, чтобы у нас покрытие было целенаправленное. И не только, чтобы содержались за счет денег бюджета, а дополнительно нужен менеджмент, чтобы зарабатывать, чтобы можно было вкладывать в зарплату и в текущие ремонты. Поэтому мы готовим сейчас таких специалистов.

— Пермь буквально накрыло увлечение бегом. Чего сейчас ждать от второго Пермского международного марафона?

— В прошлом году это все состоялось грандиозно. Было заявлено 4,5 тыс. человек, в этом году 8 тыс. человек заявились на разных дистанциях. Спонсоры стоят в очереди! В том году, когда мы все провели марафон, и когда вручали благодарственные письма, ко мне подходили руководители крупных предприятий и говорили, что на такие проекты готовы дать денег, потому что все для людей. В апреле мы ездили на национальное беговое движение, собирались в Сочи, говорят в России 300% подъем беговой.

— А в Перми какая цифра?

— Точно не могу сказать, но большой подъем, и создаются новые школы беговые, которые учат правильно бегать. Но у нас в России в этом году на всех марафонах финишировало 15 тыс. человек, если сравнивать с Германией, там 160 тыс.человек, в Америке более миллиона. Бег — это самый доступный вид спорта.

— Все же может развеете слух, что вы являетесь личным тренером Максима Решетникова?

— В прошлом году, он решил подготовиться на 3 км забег, на меня вышла федерация. Я подсказываю и помогаю в тренировочном плане. За два месяца мы начали подготовку, и он пробежал — спокойно. В этом году уже 10 тыс. метров. Да, я готовлю его, но еще провожу бесплатные тренировки на стадионах для всех желающих.

— Когда министр Гладнев приходил на свой пост на него возлагали большие надежды, поскольку он был из актерской среды. Не боитесь, что разочаруете спортсменов?

— Ко мне приходят спортсмены и действительно говорят наконец пришел человек из отрасли, понимает изнутри все проблемы, конечно зона ответственности очень большая, и кончено максимально хочу сделать так, чтобы вывести из кризиса отрасль спорта.

— Последний вопрос, кем видите себя через год? Пять лет?

— Как сказал губернатор: постоянной прописки в Правительстве не имеет никто. Но хотелось быть лет пять проработать министром, чтобы выполнить все цели и задачи.

Денис Вихров
редактор ленты новостей | d.vihrov@properm.ru | 8922 370 46 22

Читайте также