Получайте оповещения

в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Properm.ru
Раввин Залман Дайч: «Когда они оскорбляли нас, мы не ответили, но не потому, что нам нечего сказать» Председатель МИРО «Еврейская община города Перми» рассказал Properm.ru о жизни общины, строительстве еврейского центра у ДКЖ и прокомментировал действия группы националистов на публичных слушаниях 12 августа.

Раввин Залман Дайч: «Когда они оскорбляли нас, мы не ответили, но не потому, что нам нечего сказать»

Раввин Залман Дайч: «Когда они оскорбляли нас, мы не ответили, но не потому, что нам нечего сказать»
Фото: Кирилл Козлов для Properm.ru
Председатель МИРО «Еврейская община города Перми» рассказал Properm.ru о жизни общины, строительстве еврейского центра у ДКЖ и прокомментировал действия группы националистов на публичных слушаниях 12 августа.

 — В чем суть движения «ХабаД»?

 — На иврите аббревиатура «ХаБаД» означает «мудрость, понимание, знание». «ХаБаД» учит человека правильно развивать разум и благодаря этому правильно направлять свои эмоции. Один из основных моментов нашего учения — разум преобладает над сердцем.

Очень важно подчеркнуть, что движение «ХаБаД» началось в Российской империи в конце 18 века. Оно было основано моим предком раввином Шнеур-Залманом. С момента основания и до 1927 года духовным центром движения была Россия. Но после гражданской войны и смены власти вести открыто еврейскую жизнь в СССР стало невозможно, поэтому лидеру «ХаБаДа» пришлось уехать из страны. До 1940-ых годов духовными центрами были Рига и Варшава, но во время Второй мировой войны лидер «ХаБаДа» бежал в Америку. С тех пор духовный центр находится в Нью-Йорке. Я подчеркиваю — духовный.

— То есть вам не приходят задания «сверху»?

 — Централизованного управления в «ХаБаДе» нет. Каждый раввин — посланник решает сам, как ему организовать еврейскую жизнь в городе, где он живёт. Из США нет никакого управления деятельностью общины и еврейской организации на местах. С момента, когда человек получает свое место, он принимает все решения сам. Кстати, мы выбираем это место на всю жизнь, а не приезжаем на три-четыре года, чтобы самореализоваться и уехать на повышение. Несмотря на то, что я родился и вырос в Израиле, я приехал в Пермь навсегда. Две недели назад исполнилось 18 лет, как я и моя семья живём здесь, сейчас я считаю себя пермяком.

— А на что живет ваша община? Откуда деньги?

 — Мы живем исключительно на пожертвования. Средства приходят из всероссийских фондов и организаций, таких как Федерация еврейских общин России (ФЕОР), фонд «Ор Авнер» и физические лица, в том числе, местные жители.

— Достаточно денег?

 — Долгов у нас нет, потому что мы живем по мере возможностей. Учитывая важность нашей работы, мы придерживаемся одного из принципов — нельзя иметь долги. Ведь наша задача — помогать людям духовно и материально. Как мы будем это делать, если сами будем должны? Но, будем надеяться, что в будущем найдём ещё больше финансирования и больше будем развиваться.

— Кто будет строить Еврейский благотворительный центр у ДКЖ?

 — Проект реализуется МИРО «Еврейская община города Перми», которая входит в состав самой большой еврейской организации в стране — Фдерацию еврейских общин России. Это исключительно российская организация, имеющая филиалы в 200-х городах по всей стране.
ФЕОР руководят два известных в России человека раввин Берл Лазар и раввин Александр Борода.

 — Средства на строительство общественного центра тоже будете привлекать из фондов?

 — Строительство и дальнейшее содержание центра будет происходить исключительно за счёт средств, привлекаемых еврейской общиной города Перми из благотворительных фондов и пожертвований частных лиц. В том числе, есть местные люди, которые заинтересованы в том, чтобы помочь нам в строительстве и готовы вложиться финансами.

— Зачем вам вообще строить общественный центр?

 — Идея строительства появилась еще в 2003 году, когда губернатором был Юрий Трутнев, а главой города — Аркадий Каменев. Тогда в Пермь приезжал Берл Лазар (главный раввин России — Properm.ru). Поскольку у нашей общины нет собственного здания, мы используем помещение на правах аренды.

— Как у вас складываются отношения с синагогой, которая находится на Екатерининской?

 — Каждый из нас знает, что ему нужно делать и за что он отвечает. За 18 лет, что я здесь живу, у меня ни разу не было никакого конфликта с представителями синагоги. Я не скрываю, что есть некая конкуренция, но только потому, что каждый хочет сделать свое дело лучше. В итоге это хорошо для общества. Это же единственная в Перми синагога, которую построили 106 лет назад, и она таковой и останется.

— Вернемся к теме строительства. Вы уже знаете, какие функции будет выполнять центр?

 — Концепция центра предполагает деятельность по нескольким направлениям. Это образовательные и досуговые программы для разных возрастов, праздничные и культурные мероприятия, социальная работа и благотворительная деятельность, спортивные программы.

Также мы планируем разместить здесь Еврейский музей — центр толерантности. Мы считаем это очень важной частью проекта. В Москве такой музей является популярным объектом культурной инфраструктуры столицы. Надеемся, что подобный объект появится и у нас. Разумеется, он будет не в столичном масштабе.

Отмечу, что подобные общественные центры уже существуют примерно в 40 городах России. Например, в соседнем Екатеринбурге и Уфе. Там общественные центры появились в 2005 году.

— Почему вы выбрали участок на ул. Энгельса, 25?

 — Подходящий участок мы искали несколько лет. Для нас был важен не высокий статус земли, а ее доступность. Пермь — очень протяженный город, поэтому выбирали место, куда будет удобно добираться. Более 80% человек, которые постоянно посещают мероприятия общины, пользуются общественным транспортом. В итоге в 2016 году нам выделили этот участок земли.

— Когда начнется стройка?

 — На данном этапе мы ждём и надеемся, что в сентябре внесут изменения в правила землепользования и застройки, и строительство такого объекта станет основным разрешённым видом использования. Затем мы сможем проектировать и выйти на разрешение на строительство. Когда эти этапы будут пройдены, можно будет уже говорить о сроках самого строительства.

— В какую сумму оценивается строительство?

 — Думаю, что об этом тоже пока рано говорить. Нужно действовать по этапам. Цена вопроса будет известна позже. Все должно быть поэтапно, шаг за шагом. Не надо делать следующий шаг, когда не сделан первый.

— Ранее вы заявляли, что общественный центр будет доступен и пермякам. Что там будет?

Да, правильно! Общественный центр станет не только центром для еврейской общины Перми, но и для желающих жителей города и особенно для наших соседей. Последние месяцы мы начали проводить мероприятия именно для жителей данного микрорайона. Это и концерт, детский праздник и встречи с активистами и местными жителями. Эта работа, конечно, будет продолжаться до и во время строительства и, тем более, после строительства.

Мы понимаем, что этот центр нужен не только еврейской общине, но и жителям микрорайона, поскольку в нём не хватает социально-общественных мест. Например, прогулочных мест, где мама с коляской могла бы погулять с малышом. В общественном центре большая часть территории будет задействована под прогулочную зону и спортивную площадку, и она будет открыта для жителей. Кроме этого, с администрацией района мы начали обсуждать идею о программе совместной деятельности для жителей района.

Понимаете, мы местная организация и работаем с местным населением. Невозможно развивать общину, существуя вне общества.

— Некоторые считают, что появление Еврейского общественного центра не нужно району. Выступление этих людей вы слышали 12 августа на публичных слушаниях.

 — Пообщавшись именно с жителями района, мы увидели, что все наоборот, они «за» и ждут, когда такой центр появится в шаговой доступности. Некоторые даже торопят нас, чтобы мы побыстрее построили его.

Сожалею о том, что 12 августа на публичных слушаниях в зале присутствовала организованная группа лиц, не являющихся непосредственно жителями этой территории. Они активно старались внести хаос в регламент слушаний и своим поведением мешали людям высказать мнение. Я не пытаюсь дать правовую оценку их поведению, но считаю это поведение направленным лишь на то, чтобы разрушить мирную жизнь нашего города и, наверно, на разжигание национальной розни.

Как я уже сказал, мы живем в Перми 18 лет. У нас нет конфликта ни с кем, наоборот, есть поддержка: на уровне администрации губернатора города и Дзержинского района. Думаю, они бы нас не поддерживали, если бы не знали, кто мы и чем мы занимаемся. Да, есть люди, которые хотят иметь с нами конфликт, но они от нас такой подарок не получат. Когда они на протяжении всего слушания кричали и оскорбляли нас, в том числе через лживые высказывания, мы не ответили, но было это не потому, что нам нечего сказать, а только потому, что мы не хотели иметь с ними никаких дел. А если они нарушили законодательство РФ, это уже дело правоохранительных органов.

Со мной на слушание пришли мои дети: старший сын и дочка. Мне очень обидно, что они видели «это». Я не хочу, чтобы они делали выводы о городе, где они живут с самого рождения, через то, что они видели на слушаниях. Понимаете, я живу в Перми 18 лет и никогда не слышал в свой адрес слов, которые кричали на протяжении всего слушания.

Пермь — это город, где живут и работают люди разных национальностей и вероисповеданий. Мы живём мирно и спокойно, поэтому я сделаю всё, что от меня зависит, чтобы все так и оставалось.