Получайте оповещения

в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Properm.ru
Наши там. Венгрия: «Я бы сравнил венгров с гусарами — это восторженный и романтический народ» Литератор, краевед, журналист Ян Кунтур прожил в Перми до 43 лет. В 2013 году в Будапеште была издана книга его стихов и прозы. Автора пригласили принять участие в презентациях по нескольким городам Венгрии, а потом издательство предложило ему двухлетний контракт для перевода и издания сборника статей «Путеводитель по венгерской культуре». Ян согласился, и вот уже шесть лет он живет в Будапеште.

Наши там. Венгрия: «Я бы сравнил венгров с гусарами — это восторженный и романтический народ»

19 августа 2019, 09:00
наши там

Наши там. Венгрия: «Я бы сравнил венгров с гусарами — это восторженный и романтический народ»
Фото: предоставлено Яном Кунтуром
Литератор, краевед, журналист Ян Кунтур прожил в Перми до 43 лет. В 2013 году в Будапеште была издана книга его стихов и прозы. Автора пригласили принять участие в презентациях по нескольким городам Венгрии, а потом издательство предложило ему двухлетний контракт для перевода и издания сборника статей «Путеводитель по венгерской культуре». Ян согласился, и вот уже шесть лет он живет в Будапеште.

«Венгрия мне очень понравилась и по климату, и по культуре, и по отношениям между людьми. Я с радостью согласился на контракт с издательством, тем более что в Перми для меня сложилась на тот момент какая-то грустная, бесперспективная ситуация. Я был в состоянии затяжной депрессии и без почвы под ногами,  — вспоминает Ян Кунтур. — В Венгрии я привык, освоился с помощью друзей. Мне тут просто нравится, я живу в мире, который мне близок, хотя свои проблемы тоже есть». Наши там. Венгрия.

 — Ян, расскажи, пожалуйста, легко ли далось тебе решение покинуть Пермь?

 — Уезжать было мучительно трудно, тревожно. Я никогда не был за границей, не представлял, как живут люди в другом мире, было сложно оставить друзей и родственников, постоянную привычную жизнь, контакты, общение, даже родные с детства ландшафты. Ведь я никогда не уезжал из Перми надолго, разве что в армию на два года. Пугал и языковой барьер, но оказывается, не так страшен черт, как его малюют. Люди везде похожи, хоть в России, хоть в Италии, хоть в США, хоть в Африке, и жизнь их тоже похожа. Если ты человек, а не животное, и относишься к другим по-человечески с пониманием и симпатией, то можно жить в любой точке Земли, где чувствуешь себя уютно.

Трехэтажный старинный дом на улочке Гизелла в Будапеште, в котором живет Ян Кунтур. У старых венгерских домов часто нет уличного входа, а есть проход, ворота или арка во внутренний дворик, из которого идет выход к квартирам

 — Сейчас ты продолжаешь работать в издательстве?

 — Нет, двухлетний контракт закончился, и я зарегистрировался как индивидуальный предприниматель. Занимаюсь самой разной работой, сам для себя ищу подряды. Каждый месяц плачу достаточно большой налог. Мне повезло, что не нужно снимать жилье, аренда здесь достаточно дорогая. С самого первого дня в Будапеште я живу у знакомой переводчицы. Ей уже около 80 лет, у нее большая квартира, и есть возможность безвозмездно предоставить комнату. Она относится ко мне по-матерински, у нее, кстати, есть сын моего возраста.

 — Какими были первые впечатления от Будапешта?

 — Я был просто ошеломлен. Ведь тогда я впервые попал в столицу европейского государства. Поначалу очень много гулял, исходил город вдоль и поперек, фотографировал все фасады подряд и вообще всё красивое, что видел. По сути, Будапешт — это два города по берегам Дуная: Буда и Пешта. И Дунай — часть города, его набережная занесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. В центре Будапешта каждое здание имеет свою историю, о них можно рассказывать бесконечно. На холмах в черте города растет Будайский лес, его я тоже весь исходил. Он просто сказочный! Вершины с бельведерами, с них можно смотреть на Будапешт с высоты птичьего полета. Стоишь наверху, словно на Уральском хребте. Там проложены разные маршруты, все тропы промаркированы, заблудиться невозможно. Будапешт великолепен, он близок мне по духу. Здесь интереснейшее смешение стилей: начиная от средневековья и заканчивая футуристическими вещами. В стихах я сравнивал его с вальсирующим гусаром. Он очень хорошо отображает венгров.

 — А какие они, венгры?

 — Это восторженный и романтический народ. Если чехи несколько меланхоличные, им свойственна грустная самоирония, то венгры скорее экспрессивны и эксцентричны. Не все, конечно, но в целом. Они очень открытые и дружественные. Их я бы тоже сравнил с гусарами из русской литературы. В венграх даже немножко присутствует гротеск. Они могут что-то начудить, во всём ищут какие-то новые подходы, стремятся сделать по-своему, переиначить привычное.

 — А есть что-то, чем они в корне отличаются от русских?

 — Как я понял, люди везде живут одинаково. Те же проблемы, та же жизнь. Работа, отдых, праздники — всё очень похоже, всё как везде. Но, кстати, есть одно отличие — венгры пьют, не закусывая, даже очень крепкие напитки. Здесь просто не принято закусывать.

 — А как же тогда проходят праздничные застолья, где столы ломятся от яств?

 — Таких застолий, как в России, в Венгрии нет. По крайней мере, я ни разу такого не встречал. Сядут, поужинают вместе, спокойно разопьют бутылочку. Вообще, тут нет жесткого запрета на алкоголь. В жару, например, даже во время работы не воспрещается выпить фрёч — вино с газировкой. Или угоститься палинкой, чтобы веселей работалось.

 — Палинка — это традиционный венгерский напиток?

 — Да, типа бренди. Прозрачный с тонким привкусом и ароматом фруктов. По всем Балканам делают напитки из фруктов. Их тут очень много, они падают, гниют, собрать все просто невозможно. Поэтому тут очень дешевые фруктовые и овощные рынки. А палинку люди готовят сами, прямо во дворах у себя перегоняют. Мы с моими друзьями тоже недавно готовили палинку из черешни.

Внутренний дворик дома, где живет Ян. С отделенной зубчатой стеной туй и грецких орехов, чистой и аккуратной частной автомастерской на месте старой барской конюшни, а также с персиковым и шелковичным деревьями

 — Ты сказал, что перед отъездом тебя пугал языковой барьер, но на деле всё оказалось проще?

 — Освоить венгерский мне так и не удалось. Во-первых, нет склонности к изучению иностранных языков, во-вторых, по причине русскоязычного окружения. Моя квартирная хозяйка прекрасно говорит на русском. Я кое-как изъясняюсь по-венгерски, не могу произносить большие связные вещи, рассуждать на какие-то абстрактные темы. Вообще, люди среднего и старшего возраста, когда узнают, что я из России, сразу пытаются заговорить по-русски, вспоминают какие-то слова, которые учили еще в школе. А молодежь прекрасно общается на английском, многие знают еще и немецкий, французский, испанский языки.

 — Как ты оцениваешь социальную сферу Венгрии? Удобно ли устроен общественный транспорт, если ли проблемы с медицинским обслуживанием?

 — Транспорт работает очень удобно. Автобусы, трамваи, троллейбусы ходят четко по расписанию — минута в минуту. Разовая поездка выходит, конечно, дороговато, но можно покупать единый проездной билет, получается дешевле. Есть зеленая ветка поезда — по аналогии с городской электричкой.

Разовый билет стоит 450 форинтов, это около 100 рублей. Для пенсионеров, кстати, в Венгрии проезд бесплатный, даже на междугородних рейсах. Музеи, культурные мероприятия им тоже можно посещать бесплатно. Вообще, пенсия здесь позволяет жить достойно. Меня, кстати, тоже как-то раз просто так пропустили на территорию памятника ЮНЕСКО в городе Печ — потому, что я сказал, что я журналист из России.

Что касается медицины, то она страховая. Как индивидуальный предприниматель я плачу налог, куда входит, в том числе, и медицинская страховка. Я могу обращаться за любой медпомощью. Венгерские врачи на хорошем счету в Европе, они работают и в других странах. Можно добавить, что здесь очень хорошая вода, ее пьют прямо из-под крана. Венгерские службы, которые занимаются очисткой воды, тоже славятся в Евросоюзе. Местных специалистов приглашают в Прагу, чтобы там наладить очистную систему. Еще тут целые леса ветряков — это один из основных источников энергии в стране.

 — Есть ли какое-то социальное расслоение в Венгрии?

 — Социальное расслоение здесь, конечно, есть. Например, очень нищенски выглядят цыганские кварталы, есть и свои трущобы. Но средний класс более стабильный и открытый, отношения между людьми разных слоев более демократичны. Любая работа здесь достойна. Человека уважают, если он моет подъезды, метет улицы — он здесь работает, он вносит свой вклад в общее благо. В Венгрии, кстати, и дворник живет достойно. Он может и за квартиру заплатить, и купить продукты, какие ему нравятся, и куда-нибудь съездить в свое удовольствие.

Мои друзья принадлежат к обычному среднему классу. Два года назад они купили себе настоящий дворец — огромный дом с террасами, колоннами, в классическом стиле. Такие дворцы у нас районными домами культуры бывают. Это уровень среднего класса в Венгрии. То есть если у тебя есть хорошая работа, тебе не надо выгадывать, выкручиваться, ты живешь хорошо.

Жилой дом в Будапеште, типичный для буржуазной застройки начала XX века. Особняк владельцев шляпной фабрики Эрнё и Артура Шанненов. Построен в 1914 г. по проекту Дюлы Дюкича в стиле нео-барокко

 — Ян, а как ты проводишь свободное от работы время?

 — Сейчас я стал более тяжелым на подъем. По крайней мере, летом устаешь от солнца, оно тут почти постоянно. В Будапеште очень жарко, в отличие от Перми. Но за эти шесть лет я побывал в разных районах Венгрии и нескольких странах Европы. Благодаря разрешению на проживание я могу отправиться в любую страну Шенгена, и не только Шенгена, конечно. Тут всё близко: за ночь, например, можно добраться до Венеции — я туда приезжал погулять на один день. Все Балканы перед тобой: ездил в Словакию и Словению — тоже сказочные места. Побывал в нескольких городах Австрии и Чехии, встречал в Праге Новый год. При желании здесь можно находить недорогие рейсы, даже совсем копеечные.

Не так давно в Будапеште я сходил на выставку «Золото инков» из Перу. Просто шикарно! Там были представлены уникальные артефакты и других индейских культур. Также побывал на выставке английских авангардистов начала 20 века, на выставках Фриды Калло, Леонардо Да Винчи, Чонтвари. Причем все выставки здесь оформляются на самом высоком мировом уровне: с иллюминацией, видео и прочими эффектами… Бывал также несколько раз в Венгерском оперном театре и других театрах. Еще здесь великолепный зоопарк и одновременно ботанический сад. Отдельные павильоны символизируют части света и регионы планеты. В Будапеште две крупных галереи, Музей искусств и Национальная галерея, очень богатые и интересные музеи Национальный исторический и Истории Будапешта. Можно уйти туда к открытию и проходить до закрытия. Да много всякого интересного, связанного с историей и культурой…

Около музея истории венгерского транспорта

 — Сильно ли изменилась Россия, на твой взгляд, за эти шесть лет, что ты живешь в Венгрии? Как из-за границы воспринимаются последние события, связанные с протестами?

 — Когда я уехал, у России еще были дружеские отношения с Украиной, не было войн, не было аннексии Крыма. Я слежу за новостями, и в последнее время у меня всё чаще возникает ощущение, что всё катится к какому-то логическому тупику. Во что это может вылиться, даже подумать страшно.

Но протесты, которые сейчас происходят в Москве и некоторых других городах, вселяют призрачную надежду. Самое главное, что в регулярности таких протестов люди теряют страх. Человек, оказавшийся хоть раз в автозаке, а потом в отделении полиции, уже не будет бояться этого. Так происходило исторически, сто лет назад люди говорили, что тюрьма стала их школой, где они учились не бояться, преодолевать себя, учились оставаться достойными. Конечно, слабый человек второй раз протестовать не пойдет, а другой пойдет в отместку. Так притупляется страх и обретается опыт.

 — А у венгров есть поводы митинговать?

 — Да, в Венгрии тоже проводят митинги, и достаточно активные, пусть и не всегда успешные. Венгры очень вспыльчивые, хотя, с другой стороны, такие же терпеливые, как русские. В Будапеште, недалеко от моего дома находится легендарный парк Варошлигет. В нем уже второй год стоит палаточный городок. Власти решили его модернизировать, но не все венгры одобрили эту идею. Строительные работы уже идут, однако люди продолжают выражать свое несогласие. С нескольких мест их вытеснили, но ядро остается. При этом, кстати, и реорганизации парков здесь очень бережные. Например, целые деревья аккуратно, чтобы не повредить корни, выкапываются и переносятся в другое место, и пока не приживется, поддерживают специальными растяжками. А чтобы не повредить стволы во время работ, каждый огораживают дощатыми щитами. Вообще, для того чтобы вырубить дерево в городе, даже на своем участке, необходимо специальное разрешение.

 — Ян, а в чем самом главном Венгрия изменила твою жизнь?

 — Пожалуй, в Венгрии у меня окончательно оформилась переоценка взглядов на самого себя и на всё, что происходит вокруг. Стало меньше эгоцентризма, стало больше понимания… Расширились представления: я знаю теперь, что можно жить в любой точке мира, даже почти не владея языком, потому что люди везде живут одинаково.