Получайте оповещения

в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Properm.ru
«Убийцами не рождаются». Как взрослым сохранить психологическое здоровье детей, и где оно пригодится? 20 сентября была годовщина со дня расстрела людей в ПГНИУ. Убийца на скамье подсудимых, в университете — День памяти и скорби по погибшим. Про скулшутинг (нападения на школы) написано многое с тех пор, как эти трагедии участились в России. Мы решили поговорить с психологом о том, как уберечь детей, а заодно рассмотрели несколько наиболее сложных проблем во взаимоотношениях «родитель-ребенок-школа».

«Убийцами не рождаются». Как взрослым сохранить психологическое здоровье детей, и где оно пригодится?

22 сентября 2022, 09:26
интервью

«Убийцами не рождаются». Как взрослым сохранить психологическое здоровье детей, и где оно пригодится?
Фото: 1MediaInvest
20 сентября была годовщина со дня расстрела людей в ПГНИУ. Убийца на скамье подсудимых, в университете — День памяти и скорби по погибшим. Про скулшутинг (нападения на школы) написано многое с тех пор, как эти трагедии участились в России. Мы решили поговорить с психологом о том, как уберечь детей, а заодно рассмотрели несколько наиболее сложных проблем во взаимоотношениях «родитель-ребенок-школа».

Елизавета Фалина — клинический психолог, гештальт-терапевт с двадцатилетним опытом работы. Она занимается с детьми от 3,5 лет, с подростками и семьями. По ее словам, на данном этапе развития общества психологическая помощь, поддержка детей и их родителей чрезвычайно необходимы. Что входит в это обширное понятие? Обучение навыкам саморегуляции, развитие эмоционального интеллекта, формирование эмоционально-волевой сферы, появление новых нейронных связей в мозге.

Ребенок дерется? Развивайте мозг!

— Елизавета, расскажите, пожалуйста, про занятия с трехлетними детьми. Зачем так рано? Что с их психологическим развитием можно и нужно делать?

— 3–4 года — это время активного формирования личности, развивается речь, мышление, идет формирование новых нейронных связей в головном мозге. Грамотно выстроенные занятия сделают этот процесс более структурированным и эффективным.

Для детей такого возраста важна постоянная смена деятельности, чтобы они не уставали. Поэтому немного походить по неровной поверхности, немного покидать мячик, поиграть пальчиками, поперебирать разные фактуры , — такое чередование действий не утомит ребенка. А вот одно занятие на протяжении долгого времени не полезно для маленького человека — ребенок не сможет быть концетрированным на чем-то одном долгое время.

Если мы с детства учим ребенка чувствовать и понимать себя, мы помогаем ему дальнейшем справляться с эмоциональными, социальными, образовательными нагрузками, даже с домашними обязанностями.

Ребенок проживает жизнь, которую ему моделируют родители

— Если заниматься психологическим развитием, это поможет в решении проблем, возникающих, например, в детском саду: агрессия, с которой дети не могут справиться, не слушаются или не понимают воспитателя?

— Поможет работа в психологических группах. Разные жизненные ситуации дети разбирают вместе с наставником, профессионалом, который показывает другие способы взаимодействия, другие способы коммуникации. Это процесс небыстрый, не надо думать, что после пары часов работы в группе ребенок перестанет кусаться, драться и обзываться. Но со временем он научится действовать по-другому, реагировать на какие-то выходки иначе. Здесь очень важна поддержка родителей, необходимо закреплять дома те или иные реакции на определенные поступки в отношении ребенка со стороны сверстников или взрослых.

— Поможет ли это ребенку справиться с родительскими запросами в плане воспитания?

— Ребенок 3,5 лет еще ни с чем толком справиться не может (недостаточно ни опыта, ни развития мозга, ни осознанности). Ребенок проживает жизнь, которую ему моделируют родители. Они выстраивают среду и жизненный маршрут. То, как они обучают справляться с эмоциями, определять эти эмоции, так ребенок и научится. Конечно, в три-четыре года еще нет, но к шести-семи годам уже будет сформирована база для дальнейшего развития эмоционального интеллекта: понимание эмоций, реакций, умение их проговаривать. Если ребенок смог сказать, что с ним происходит, это уже путь к решению проблемы.

— Какие еще цели и задачи могут быть решены для трехлетних детей?
— Формируется самостоятельность, умение слышать и выполнять инструкцию, ощущение и управление своим телом, навыки коммуникации, хотя три с половиной года — еще не тот возраст, когда ребенку активно нужен другой ребенок. Все ролевые игры начинаются позже, к 4–4,5 годам. А в этом возрасте игры и общение происходят под присмотром педагога. Нужен взрослый, который будет с ними играть, а они будут делать то, что он говорит, повторять за ним, учиться у него.

Формирование нейронных связей — процесс сложный, но благодарный

— Сейчас стали популярны такие направления, как нейропсихология, нейрокоррекция, открывается много центров. Насколько эффективны эти занятия?

— Если их проводит специалист хорошего уровня, то эффективны. Ведь всё зависит от количества нейронных связей в голове. Чем больше их будет у ребенка, тем лучше будет качество его взрослой жизни. Нейронные связи формируются при любой новой деятельности. Программы развития обычно построены так: когда ребенок осваивает один вид деятельности, в него вводится элемент усложнения, что развивает нейронную связь, делает ее более устойчивой, более разветвленной. Например, научились ловить мячик, добавляем хлопок. Надо сначала хлопнуть в ладоши, потом поймать мячик. После поменяем мячик с большого на маленький. Это уже изменение, новое знание, мозгу нужно перестроиться.

«Учат в школе, учат в школе, учат в школе»

— Хорошо, начали психологическое развитие с трех лет, развиваем нейронные связи. Что дальше? Как меняются методики в зависимости от возраста?

— С 4,5 до 10-11 лет упор делается на формирование эмоционального интеллекта, на работу с эмоциями, их распознавание в себе и других. Учим разным способам реагирования на эти эмоции. У нас не принято, например, чтобы дети злились. Но они не перестанут злиться только потому, что так не принято! Поэтому необходимо показать социально приемлемые способы выражения злости и агрессии. Задача взрослых в том, чтобы как можно больше детей освоили эти приемы, тогда в учреждениях образования и детям, и взрослым будет намного проще взаимодействовать.

— И меньше станет драк, конфликтов…

— Да. Школа — это высококонкурентная среда, дети пытаются прокачать свои лидерские качества, кто во что горазд. Причем сталкиваются не столько дети, сколько разные стили воспитания. И если ребенок умеет распознавать, что с ним происходит, умеет грамотно преподносить, экологично с этим справляться, то ему будет гораздо легче.
Самое основное, что нужно успеть сделать до школы, с пяти-, шестилетними детьми, — проработать их импульсивность, перевести ее на уровень осознанности. Это сложно, и это основное в нашей работе с детьми предшкольного возраста.

В идеальном варианте педагоги должны учить, терпеливо объяснять, а родители любить и обеспечивать безопасную комфортную среду

— Всегда так было, или это особенность современных детей?

— На самом деле, так было всегда. Просто раньше импульсивность в приказном порядке гасили, а сейчас, в силу демократического стиля воспитания, более высокого уровня благосостояния и высокого уровня комфорта, импульсивных детей много, их видно.

— Можем разобрать несколько кейсов? Например, ребенок хвастается материальным уровнем семьи («у моего папы машина круче, денег больше»). Что с этим делать?

— Это не особенность времени. Дети любят хвастаться своей семьей, и это даже правильно. Ребенку надо хвастаться своей семьей — это его тыл, его визитная карточка. Все всегда хвалились своим родом. Кто-то гордится тем, что его папа ученый, кто-то тем, что фотографии его родителей на доске почета, кто-то количеством денег и машин в семье… Что с этим делать другим? Ничего.

— Но что сказать ребенку, который приходит в слезах и говорит: «У него папа богаче»?

— «Это здорово, что его папа всего этого достиг! Он большой молодец, мы можем порадоваться за него. У тебя тоже есть все шансы достичь того же. Давай подумаем, чего достиг твой папа, чем мы можем гордиться? Может, мы тоже обладаем достатком, просто по-другому об этом говорим или не говорим совсем? Может, тратим деньги на другие вещи?»
Если семья будет чем-то гордиться, постоянно говорить о том, какие у нее сильные стороны, в чем папа молодец, в чем мама молодец, то на заявление одноклассника «У нас денег больше» ребенок ответит: «Отлично. А у меня мама такие блины готовит, что к ней полгорода за рецептом приходит».

— Еще один кейс. Всеобщая родительская боль — выполнение домашних заданий. Как не срываться, как не кричать? Как выполнять домашнюю работу с ребенком без переживаний?

— Волевой компонент формируется в 5-6 лет. В этом возрасте наступает тот момент, когда стоит произнести: «Слушай, солнышко, надо». Часто воспитательные стратегии направлены на удовлетворение потребностей (что хочет или не хочет ребенок). И ребенку сложно после парадигмы «хочу – не хочу» неожиданно оказаться в ситуации «надо».

Но в 5 лет уже следует говорить «надо». Например, надо закончить начатое дело: «Давай мы закончим это, после начнем следующее», «Надо закончить то, что начал», «Надо убрать игрушки, а потом достать краски». У ребенка формируется привычка доводить дело до конца. «Ты не хочешь, понимаю, я тоже не хочу, но нам надо это закончить. Тебе сложно, но я тебе помогу», и ребенок немного себя преодолевает. Воля — это преодоление, это «не могу плюс один». Он научится прилагать усилия. Тогда в школе ощущение преодоления будет менее ново и болезненно.
Если ребенок посещает детский сад, курсы подготовки к школе, то есть он живет в определенном режиме, то выполнение домашних заданий ему дастся легко, потому что алгоритм уже понятен.

Воля (это преодоление, это «не могу плюс один») формируется в возрасте 5–6 лет

— Какова главная задача начальной школы?

— Полюбить учиться и постепенно выйти на самостоятельное выполнение домашнего задания и самостоятельное обучение. В идеальном варианте педагоги должны учить, объяснять, а родители любить и обеспечивать безопасную и комфортную среду. Как правило, так не получается, и это несколько усложняет семейные взаимоотношения. Поэтому очень важно, как родитель относится к урокам. Здесь я всегда говорю: «Выдыхайте. Оценки — это не главное».
Ничего хорошего не получится, если родитель кричит, не контейнирует эмоции ребенка, если родитель мегатребовательный, ждет идеальных результатов. Если есть финансовые возможности, можно найти специалиста, который будет делать домашнюю работу с ребенком. Если нет — запастись терпением и «выдыхать».

— Еще один момент упомянули — любовь и нелюбовь к школе. Чаще всего нелюбовь: «Не хочу идти в школу». Почему?

— Потому что наши дети живут в состоянии постоянной анимации. А школа не развлекает. И у ребенка возникает убеждение: везде развлекают, а в школе нет, значит, в школе плохо.
К сожалению, наша школа очень быстро и очень многого требует от детей. Чтобы так писал, так считал: клеточки, линеечки, полосочки. Это всё здорово, но это очень сложно для ребенка.
Я уверена, чем больше будет внеучебной деятельности, тем больше будет желание идти в школу. Школа сильна компанией и атмосферой, друзьями. Осознанное обучение начинается лет в 14. К этому моменту созревает мозг, ребенок уже начинает чего-то хотеть, понимать, строить планы, пытаться их реализовать, ставить цели. К человеку в этом возрасте приходит понимание, что и зачем ему надо, куда он хочет пойти дальше, и что для этого нужно знать.

В начальном звене развиваем эмоциональный интеллект, в среднем звене — учим общению и коммуникации, в старшем — лидерству и целеполаганию

— В школе не очень развита психологическая помощь. Вроде бы есть психолог, в то же время на него приходится 300 детей. Может ли быть эффективной его помощь?

— Что мы подразумеваем под эффективной помощью? Что мы вообще требуем от этого бедного психолога, кроме заполнения безумного количества отчетов?
Психологические дисциплины есть смысл вводить в каждом периоде. В начальной школе — развитие эмоционального интеллекта, в среднем звене — психология общения, в старшем звене — лидерские программы, целеполагание. Такие психологические занятия должны быть. От них будет толк и прок.

А бедный школьный психолог, кроме заполнения бумаг, должен приструнить бунтарей, агрессоров. Как он это сделает? Дети растут в очень агрессивной среде. Они в интернете любую кровавую историю могут посмотреть — и потом попробовать. Это же прикольно, это выброс адреналина, энергии. Тем более, если учесть, что их постоянно сталкивают лбами, они конкурируют между собой по поводу успеваемости.

До этого времени главная задача взрослых — не отбить желание учиться и ходить в школу. А значит, должны быть кружки, студии, секции, друзья, внеучебная деятельность.
Если у ребенка нет друзей, ему неинтересно в школе просто по-человечески, по личностным моментам, не связанным с образованием, и ему, конечно, очень тяжело.

Современным детям очень сложно развлечь себя самим, придумать для себя занятие

— Еще один кейс — по поводу любимчиков у учителей… Они были и есть всегда, наверное. Что делать родителю, если учитель вдруг невзлюбил ребенка?

— Переводиться в другой класс. Вы не сможете заставить педагога любить ваше чадо. Вас тоже никто не может заставить полюбить кого-то. Другой разговор, если вы знаете, что у вашего ребенка есть определенные особенности… Надо начинать с дружбы, с диалога с учителем, не делать вид, что ваш ребенок самый замечательный на свете, а учитель бестолковый, не может справиться с ним.

Если вы понимаете, что у вашего ребенка есть личностные особенности, он, может быть, импульсивный, шумный, то предупредите педагога об этих нюансах, поговорите с учителем, будьте на связи. Если учитель понимает, что вы на одной волне, заинтересованы в ребенке, то, как правило, диалог будет выстраиваться легче. Если педагог не реагирует ни на ваши усилия, ни на ваше желание сотрудничать, просто переводите ребенка в другой класс или школу. Не надо доказывать педагогу, что он не прав. Заберите ребенка, не портите ему жизнь.

Развлечь себя самому — это сложно, но это формирует нужные нейронные связи в голове, когда надо посмотреть вокруг, придумать, что поделать и поделать. К сожалению, многие современные детям не умеют себя занять.

Дайте стул вместо телефона

— Чем заменить гаджет, чтобы не было скучно?

— Всё что угодно, через игру. Например, стул. Я говорю: «Это может быть чем угодно в твоей игре. Да, это стул, но он может быть тем, чем ты захочешь. Кабиной пилота, пещерой, щитом, панцирем».

— Эффективно ли отбирать телефон? Все говорят: «Я отберу телефон», «Без телефона (или компьютера) две недели!»…

— Не самая эффективная мера. Необходимо изначально, на берегу, договориться о правилах пользования гаджетами. Если в семье не берут телефон за стол во время ужина, не ходят с ним в туалет или ванную, не сидят с ним часами на диване, то и у ребенка не будет такой потребности.

Хорошо устраивать «дни без гаджетов», когда вообще вся семья убирает все гаджеты и 24 часа взаимодействует только друг с другом. Если вы не начинаете давать с детства телефон по любому поводу, потому что вам так удобнее, то ребенок не будет испытывать в нем потребность. И главное, ему не будет сложно самому себя развлечь. Это трудный навык, но он формирует нужные нейронные связи — когда надо посмотреть вокруг, придумать, что поделать, и поделать. К сожалению, многие современные дети не умеют себя занять.

Чем больше разноплановой внеучебной деятельности, тем интереснее ребенку идти в школу

— С этим связана частая мантра «Мне скучно… мне скучно…», да?

— Конечно. Телефон сильно возбуждает мозг, слуховые и зрительные зоны сильно активируются. Мозг через какое-то время привыкает, и любые другие стимулы, менее яркие, уже не доходят. Так людям, которые увлекаются экстремальными видами деятельности, становится необходимы всё большие выбросы адреналина, с каждым разом им нужны всё более острые ощущения.
Это своего рода зависимость.

Если сразу начинаем давать через гаджет очень сильные, яркие ощущения, клиповость, лаконичность, информацию, не требующую анализа, то мозг уже не устроят советские мультфильмы, книги, которые предполагают самому придумать образы, игрушки, которыми надо играть. Ведь сейчас много готовых решений: эта игрушка поет, эта рассказывает сказки. Она уже всё делает! Не надо ничего привинчивать, приклеивать, пришивать, не надо представлять, что она у тебя говорит. А для развития мозга надо придумать игрушке характер, поговорить за себя и за нее, придумать стратегию ее поведения.

Чем более развит мозг, тем выше шанс, что ребенок справится с импульсивностью, агрессией, возбуждением, тем более стабильна будет нервная система.

Тревожные звоночки

— Что делать с агрессорами в классе? Ведь есть такие — постоянно кого-то обижают, грубят учителям и так далее…

— Хулиганы были всегда. Другое дело, что агрессии стало больше. И здесь нет быстрого ответа, что с этим делать. Однозначно, работать с семьей, потому что откуда-то у ребенка берется агрессия. Дети приходят в мир чистым белым листом, дальше родители на нем рисуют. Потом подключаются педагоги садика, дополнительного образования, педагоги в школе, окружение. Все вместе создают шедевр под названием личность. Если школьник агрессивен, то это началось не вчера и не закончится завтра. Это большая кропотливая работа. У школьного психолога нет столько времени.

К тому же, надо понимать, что ни дети, ни родители не всегда готовы доверять школьному психологу. Родители боятся, что после обращений придут люди из органов, из опеки… Везет, когда в школе есть психолог, который давно работает, зарекомендовал себя, ему доверяют дети и родители, к нему могут прийти. А если школьный психолог меняется каждые два года, приходят молодые специалисты, то никто к ним не пойдет.

Конечно, грамотная психологическая служба очень нужна. Год трагедии в ПГНИУ. И я хочу сказать, что никто не просыпается утром с мыслью: «Пойду всех расстреляю». Никто. Когда говорят «Мы знать не знали, ведать не ведали», я как профессионал в это не верю. Не могли не замечать.

— Скорее всего, звоночки были?

— Конечно. Убийцами не рождаются и не становятся за один день. Формирование личности в этом ключе — сложный, длительный процесс, и здесь, как правило, имеет место устойчивое влияние на психику ребенка каких-то факторов. Происходит слом, патологический момент. Конечно, это патология, потому что не нормотипично, нездорово.

В образовательных учреждениях необходимо грамотное психологическое сопровождение детей

— Как говорить об этом с детьми, которые где-то что-то слышали, сами с собой обсудили? Моего сына, например, очень волнует эта тема. Но я порой теряюсь от его вопросов: «Почему он так поступил?», «А где он научился стрелять?», «А в нашу школу любой может войти, я видел»…

— Дети испытывают страх и тревогу, как и взрослые. Поэтому надо поговорить с ними об их страхах, выслушать их вопросы, рассуждения, опасения. Надо признаться, что вам тоже страшно, потому что это ужас и кошмар. Надо признаться, что вы тоже не знаете, почему он это сделал. Но вы искренне хотите верить, что в вашей жизни этого не произойдет.
Сначала выслушайте ребенка, фантазии на эту тему у них бывают разные, важно их развеять. Когда я разговаривала со школьниками, они говорили, что справились бы с любым нападающим, поставили бы ему подножку, кинулись бы на него со стулом… Очень героические мысли. Но их надо пресечь сразу, объяснить, что героизм — это последнее, что надо проявлять в такие моменты.
Дать какие-то базовые инструкции: прячемся под столы, закрываем двери, как можно сильнее баррикадируем. В героев не играем. Задача — спасти свою жизнь.

фотографии 1MediaInvest

Оцените материал
18 1 1 11 3