Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Очень быстрый ВАЗ: 200-сильная «восьмерка» и Рустам Мингазов

Очень быстрый ВАЗ: 200-сильная «восьмерка» и Рустам Мингазов
Что вы думаете, когда мимо вас на дикой скорости проносится отечественный автомобиль с беспардонными манерами? «Очередной гонщик», — ворчите вы. На деле же между «четким ТАЗом» и очень быстрым ВАЗом — огромная разница.

Рассказать и показать, чем быстрый ВАЗ отличается от «четкого ТАЗа», мы попросили Рустама Мингазова, многократного победителя пермских соревнований по автомногоборью в классе «Монопривод» и абсолютного лидера зачета «Спорт Монопривод» зимнего сезона 2013. Знакомьтесь, будем беседовать и кататься.

Рустам Мингазов, 35 лет, из которых 9 посвящены автомобилям и автоспорту. Один из основателей команды «ТурбоАтмоСфера». Строит «боевые» автомобили, собирает моторы, обеспечивает техподдержку пермскому раллийному экипажу Слепов-Шуваев. Собственный «боевой» автомобиль — 200-сильный ВАЗ-2108.

Автоспорт и гонки — дело особое, серьезное. Один раз попробуешь, и уже не отпустит. Согласен с этим и наш герой. Первый раз на гонках оказался в 2004 году, друг позвал посмотреть соревнования по Drag Racing. Зацепило так, что роль зрителя поменялась на участника: собрал мотор, коробку и на «восьмерке» уже участвовал в гонке. Сейчас выступает в автомногоборье на боевом автмобиле ВАЗ-2108, который в сообществе спортсменов в шутку называют «Жутегон».

Как ты начал собирать машины?

— Первую гоночную машину мне собирал в 2004 году Стас Жужгов, мастер спорта по автокроссу, известный в Перми гонщик. Он же дал мне начальные азы подготовки техники, навыки постройки мотора и пилотирования. А дальше уже сам и даже без специального образования автомеханика. Вторую машину собирал полностью самостоятельно.

Самородок?

— Да как все…

Сколько ты «боевых» машин сделал и подготовил?

— Третья моя личная вот, перед нами — «Жутегон», как в шутку зовут его друзья по команде. А если все боевые посчитать, которые я делал в Перми, несколько десятков. Если взять нашу команду, то еще две машины постоянно ездят в соревнованиях.

Почему «Жутегон»?

— Эта «восьмерка» выигрывала на стандартной резине в простом моноприводе, еще даже не будучи моим личным автомобилем. Когда я решил на нем выезжать, ребята из команды решили вот так «испугать» пермский «Хонда Клуб», наших постоянных соперников в классе «Монопривод». Психологическая атака это.

А вот и «Жутегон» собственной персоной. Обсудить его «внутренний мир» не менее интересно, чем проехаться.

Кузов от ВАЗ-2108, реэкспортный вариант, 1986 года выпуска. Сохранился идеально. Родного от продукции из Тольятти, кроме кузова, мало. Установлены винтовые стойки KW — знающие оценят. Не знающим разъясним: такие стойки можно регулировать по высоте и по жесткости, позволяя оптимально подготовить автомобиль к условиям соревнований.

Рычаги подвески здесь — треугольные. Тоже не просто каприз. Такая конструкция повышает жесткость и прочность передней подвески, повышают стабильность геометрии колес и уменьшают угол их увода. В общем, исключительно на пользу работают.

Тормозную систему опять же пришлось переделать на регулируемую двухконтурную. Был поставлен более мощный вакуумный усилитель тормозов, увеличенные вентилируемые тормозные диски. Работает — на пять, обеспечивая эффективную передачу тормозных усилий на обе оси. А как иначе с боевых скоростей останавливаться?

В бытность «Жутегона» простой советской «восьмеркой» об усилителе руля не шло и речи. Теперь же здесь трудится современный электроусилитель. И не стоит думать, что он сильно облегчает жизнь — руление такой машины все равно можно признать значительной физической нагрузкой.

Водительское сиденье пока полуспортивное, и ремни еще стоят простые. «Просто не успел, переделывал эту машину полностью под себя к зимней гонке на Мулянке 2013», — объяснил Рустам. И добавил, что доделка машины не останавливается. Весенний перерыв в гонках Рустам называет периодом, когда можно и нужно заняться дальнейшей подготовкой машины.

Что еще будет сделано в «Жутегоне»?

— Хотим внедрить заднюю независимую подвеску, это даст лучшую управляемость на летних гонках по асфальту. Это будет не только на «Жутегоне», еще и на других машинах в команде. Поработаем над облегчением машин.

Что еще можно отсюда выкинуть, тут уже и так ничего нет… Или, как туристы в рукоятках ложек, дырки сверлить?

— Это уже хитрости (смеется — прим.ред.)

Выкинуть тут на первый взгляд уже нечего. Вся обшивка с внутренней стороны кузова снята, только пластик на панели и остался. А еще, как высянилось, стрелка спидометра тут навечно застыла в начале шкалы. Да и не нужна она, тут главнее обороты двигателя и выбранная передача. На боевых скоростях важнее следить за нагрузкой на сердце машины.

Вот и сердце «Жутегона». Мотор собран самостоятельно. От родного движка осталась только алюминевая головка и блок — заменено все, вплоть до клапанов и пружин.

Четырехдроссельный впрыск, большие спортивные распределительные валы, увеличенные клапана, кованные поршни, степень сжатия 12:1. Для сравнения, в обычной «Приоре» этот степень сжатия равна 10:8. И никаких тебе «Евро-5».

Правда, питания такой мотор требует тоже спортивного. И ест не мало. Максимальная мощность снимается в диапазоне от 6,5 до 9 тысяч оборотов в минуту. «На гонки заправляю 98-й или даже 102-й бензином. Это зависит от погоды. За расходом не слежу: все равно больше 20 литров «на сотню» получается», — рассказывает Рустам.

Снаружи выхлоп здесь выведен в бок. «Расчет делали как для эффективной системы, о резонаторе и каком-то красивом звуке вовсе не заботились. В бок вывели, потому что при расчетах такой вариант показался наилучшим».

А так он порыкивает «на холостых»! Жаль, диктофон не в Dolbi Digital пишет…

Мотор взрывается раскатистой канонадой — газ, «Жутегон» в движении. Плотный, четкий, готовый к броску. Ни намека на расхлябанность, присущую тольяттинским родственникам с пометкой «сток». Словно охранный доберман: команда — действие, команда — действие.

Автомобиль стоит на супершипе — зимних спортивных колесах с шипом в 4,5 мм. Такие же используются в ралли. На пермском зимнем слаломе и автомногоборье машины с супершипом соревнуются в отдельной категории. «Выпускай «гвозди» — обычно так руководители гонок командуют старт зачета. «Сейчас все звезды поедут» — проносится в зрительской зоне.

«На супершипе у машины появляются свои особенности управления. Нужно более точное пилотирование — цена ошибки многократно возрастает, привет, сугроб. Надо больше смелости, скорость возрастает, на гражданской резине тебе надо тут тормозить, а на супершипе там же работать газом. И наоборот», — инструктирует Рустам.

Здесь, на оставленной после нескольких гонок, трассе на льду Мулянки чистого льда нет уже и в помине. Снег, скользкие обледенелые катушки, жесткая гребенка — покрытие меняется попеременно и внезапно. На гражданской машине здесь страшно, правда, страшно, ехать больше 40 км/ч в первый раз. На второй, на третий — можно разогнаться до 70–80 кмч, но неизменно проходить повороты на 20 км/ч, не больше. С моим передним-то приводом.

Рустам Мингазов на «Жутегоне» здесь чувствует себя как дома. Еще бы — разные конфигурации этой трассы изъезжены им многократно.

Вваливает «на все деньги». Скорость, как и расход топлива, не замеряет: «Боевые скорости — больше ощущения. Я не смотрю на спидометр, у меня его просто нет». Замеряем другими средствами. Это очень быстро — от сотни.

Мотор раскручивается до 8–9 тысяч оборотов. «Жутегон» ревет, вгрызаясь супершипом в замерзшую поверхность Мулянки. Первая, вторая, снова первая, вторая, и опять на второй, на прямике третью, вторая, первая, вторая — здесь важно держать обороты мотора в боевом режиме. Все условия для этого созданы.

На коробку передач поставлен «домик» — проставка, поднимающая рычаг переключения передач так высоко, что «кулачок» находится в 10 сантиметрах от руля. От ВАЗовской коробки здесь тоже немногое осталось. Четкость передач, короткие ходы — прелесть.

Петля за петлей, прямики уходят в повороты, повороты в довороты… Ледяная гребенка больно бьет снизу, но здесь воздействие микрорельефа гасится сразу. Да и серьезные удары «Жутегону» не страшны вовсе.

Подвеска работает, каждый миг, каждую секунду. Ноль раскачки, ноль кренов. Машина заточена под перегрузки.

Со стороны кажется, что «Жутегон» валит боком, словно и не переднеприводный ни разу.

Стоковые ВАЗики такого делать вообще не умеют. В серьезности аппарата убедились. Пульс пришел в порядок минут через 15. Вот это — быстрый ВАЗ!

Прошу Рустама в итоге рассказать, что такое быстрый ВАЗ и «четкий ТАЗ». «Если подходить с умом, то быстрый ВАЗ — это комплексный подход», — рассуждает он.

Рустам Мингазов:

Быстрый ВАЗ — комплексный подход. Нет такого, чтобы поставили ксенон, обрезали пружины и полетели. Бессмысленное занижение машины и, как следствие, потеря энергоемкости подвески ни к чему хорошему не приводит, машина может стать неуправляемой в какие-то моменты.

Спокойно отношусь к визуальному тюнингу, у некоторых он сделан действительно хорошо. Но все равно у нас больше машин, как гирлянд новогодних, — бессмысленно и безвкусно. На мой взгляд, лучше вложить деньги в настройки машины, чем в ксенон и диоды — от лампочек машина лучше ездить не станет точно.

Когда ко мне приезжают делать машину, конкретно объясняю, что дает тот или иной механизм, запчасть. Опыта для советов хватает с лихвой.

Рассмотреть быстрый ВАЗ-2108 в подробностях можно в Фотогалерее ниже. Остальную беседу с Рустамом Мингазовым, где он дает советы новичкам в автоспорте, рассказывает об отношении к проекту Lada Granta Sport и объясняет, что нельзя выбирать между девушкой и гонкой, читайте на Properm.ru 2 апреля ровно в 10:00.