Получайте оповещения

от PROPERM.RU в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Алексей Чернов: «За дефицитный бюджет Пермского края ответственен губернатор»

23 апреля 2013, 10:00

Алексей Чернов: «За дефицитный бюджет Пермского края ответственен губернатор»
Фото: Александр Хомутов
Генеральный директор «ВИТУС-Инвест» в интервью Properm.ru говорит о рисках, которые накладывает на регион бюджет с дефицитом, мифических лозунгах об инвестиционной привлекательности, ставках, убивающих экономический рост, и «чихах Уралкалия».

— Алексей Анатольевич, на прошлой неделе состоялась пленарка Заксобрания Пермского края. На ней депутаты приняли поправки к бюджету на 2013–2015 годы. В итоге впервые за многие годы бюджет региона принят с дефицитом, который близок к максимально допустимым значениям. Ваше мнение: почему получился такой бюджет?

— Я думаю, здесь можно провести некую аналогию с бизнесом. Финансовый бюджет компании — это не просто цифры, доходы и расходы. Это концентрированное отражение и стратегии компании, и ее деятельности. Если бюджет плюсовой и все показатели в норме, значит, качество управления компаний на должном уровне. Когда все работает в оптимальном режиме, тогда и цифры получаются хорошие.

Если перевести эту аналогию на бюджет Пермского края, то для меня это характеристика качества управления не бюджетным процессом, а именно всем регионом. Последние 5–6 лет мы всегда жили в профиците. Сегодня другая крайность - дефицит по верхней планке.

Смущает даже не размер дефицита (14,4%, или 15,5 млрд рублей — Properm.ru), а то, что за три месяца он увеличился почти в два раза. Это означает, что на старте были допущены серьезные ошибки в понимании ситуации и тенденций на рынке.

Не в моих правилах критиковать задним числом, но сейчас совесть абсолютно чиста. Потому что еще в октябре 2012 года на заседаниях Общественной палаты Пермского края я говорил о рисках, которые сегодня реализовались, а также писал запросы в Администрацию губернатора.

Но в ответ на мои обращения с предложением провести общественную экспертизу и собрать на площадке Общественной палаты экспертов пришел письменный ответ от администрации: «Считаем данное мероприятие нецелесообразным». Такая короткая фраза безо всяких объяснений.

Все риски были очевидны. Сейчас говорят, что вот, как снег на голову свалился уменьшенный налог на прибыль. Но можно было посмотреть макроэкономические прогнозы и увидеть, что темпы экономического роста падают. Все эти тенденции не сейчас появились, они были известны в августе-сентябре 2012 года.

Поэтому, отвечая на вопрос, почему такой бюджет, считаю, что это классическая недоработка на этапе планирования и неправильная оценка ситуации, в которой находился край и в целом экономика.

Дефицитный бюджет — это характеристика качества управления Пермским краем.

— Кто в первую очередь ответственен за эту ситуацию?

Басаргин (Виктор Басаргин — губернатор Пермского края — Properm.ru). Сейчас на амбразуру кидают Антипину (Ольга Антипина — министр финансов Пермского края — Properm.ru). Но с точки зрения формирования бюджета как документа к ней нет абсолютно никаких вопросов. Она профессиональный человек и доказала свою профессиональность уже давно. Бюджет же отражает те целевые установки, которые спускаются на финансовый блок сверху, губернатором.

— То есть все те вопросы, которыми сегодня закидывают Антипину депутаты, тот же Скриванов, например, на самом деле стоит адресовать Басаргину?

— Это лукавство наших депутатов. Легко задавать вопросы Антипиной, другому отраслевому министру, например, Митюшникову (Владимир Митюшников — министр транспорта и связи Пермского края — Properm.ru). Легко задавать вопросы тем, кто не может ответить.

Сегодняшние проблемы с бюджетом не решаются на уровне Министерства финансов. Это не операции, которые перекидывают деньги с одной статью на другую. Это вопросы идеологии и стратегии управления Пермским краем. И отвечать за них должен губернатор, в крайнем случае Тушнолобов (Геннадий Тушнолобов — председатель Правительства Пермского края — Properm.ru), но никак не отраслевой министр.

— В начале мая мы будем отмечать год Басаргина на посту губернатора Пермского края. Как оцениваете этот период?

— Я анализирую этот год, отбрасываю пропагандистскую телевизионную картинку, смотрю, что в сухом остатке.

Мы жили в сбалансированной бюджетной системе, сейчас дефицит без ясной идеологии его покрытия .

Последние два месяца, кроме споров по 179 кварталу и аэропорту, ничего нет. Аэропорт — знаковый проект для региона. Конкурс по выбору инвестора уже оспорен, и Федеральной антимонопольной службой, и в региональном управлении. С 179 кварталом аналогичная ситуация. Более того, с аэропортом вообще есть риск потери актива.

Сегодняшние проблемы с бюджетом не решаются на уровне Министерства финансов.

— Пермскому краю в 2013 году предстоит порядка 11 млрд рублей покрыть за счет кредитов, а к 2016 году сумма заимствований увеличится до 35 млрд рублей. Регион же много лет обходился без кредитов. Чем это грозит Пермскому краю?

— Нельзя входить в дефицит по максимальной планке без растущей доходной базы. Сейчас звучат аргументы: «Мы залезаем в дефицит, а потом покроем его растущими доходами». Но сейчас ничто не предвещает бурного экономического роста, а значит, и увеличения доходов. Поэтому при любом сбое в доходной части мы выходим за рамки максимально допустимых значений дефицита бюджета.

Звучат еще аргументы: «Мы возьмем деньги в федеральном центре». Но если посмотреть проект федерального бюджета на 2013–2015 год, то там статья межбюджетных трансфертов имеет тенденцию к уменьшению.

Получается, у нас есть два негативных момента: отсутствие бурного экономического роста и уменьшение отчислений из федерального бюджета в регионы. И регион все равно спокойно идет на такой дефицит.

— Какие последствия будут для Пермского края, если дефицит выйдет за рамки 15%?

— Законом это запрещено. Такого точно не допустят и в экстренном порядке будут что-то уменьшать.

Нельзя выходить в дефицит без растущей доходной базы. Но сейчас ничто не предвещает бурного экономического роста и увеличения доходов.

— В Пермском крае более пяти лет действует сниженная ставка налога на прибыль (15,5%, на 4,5 процентных пункта ниже, чем в большинстве российских регионов — Properm.ru). Каково Ваше мнение, нужна ли региону пониженная ставка, особенно в условиях дефицитного бюджета?

— С точки зрения мотивации для предприятий сниженный налог на прибыль не тот фактор, который мог бы привлечь в регион дополнительные инвестиции. Не ставка налога на прибыль гнетет и даже убивает бизнес. Гораздо важнее ставка кредитования, сроки процедур согласования.

Если в один ряд поставить такие условия, как ставка по кредитам, льгота по налогу на прибыль, скорость согласования разрешительной документации на строительство на земельный участок и комфортное взаимодействие с сетевыми компаниями, то в этой градации сниженная налоговая ставка будет на последнем месте.

Если же с остальными условиями все решено и инвесторы видят, что в Пермском крае это хорошо, а это даже лучше, чем в другом регионе, то льгота может стать решающим фактором. Но у нас пока ничего другого не решено.

Как итог, в условиях дефицитности бюджета я бы рекомендовал отказаться от льготы по налогу на прибыль.

Не ставка налога на прибыль гнетет и даже убивает бизнес. Гораздо важнее ставка кредитования.

— Как Пермскому краю увеличивать инвестиционную привлекательность?

— Когда мы говорим про инвестпривлекательность, нужно прежде посмотреть, что представляет собой региональная экономика. Например, наше отличие от Екатеринбурга — отсутствие крупного промышленного бизнеса, имеющего пермскую прописку, как следствие, отсутствие местных самостоятельных групп влияния.

Если посмотреть на точки роста, то у нас есть Лукойл, где центр принятия решений не в Перми. «Пермские моторы» и «Редуктор ПМ» — то же самое. Вся химия — Уралхим, Уралкалий, Ависма — принимает решение не у нас. Энергетика принадлежит КЭС. Если Екатеринбург в период нулевых сопротивлялся вхождению капитала из Москвы, то Пермь — нет. Мы потеряли экономическую самостоятельность. Любой чих того же Уралкалия - и Пермский край под угрозой. Какие-то 2 млрд от этой компании определяют судьбу регионального бюджета: будут — мы в рамках 15%, не будут — мы зашкаливаем.

Надо смотреть на то, что осталось в регионе, и работать штучно с крупными предприятиями. Мы не храним то, что есть, вместо этого кидаем мифические лозунги об инвестпривлекательности. И это не только Перми касается. На федеральном уровне проводят Road Show для иностранных инвесторов, зазывают в страну, а за первый квартал из России уже утекло 20 млрд долларов. Поэтому логичен их ответ: «Вы нас зовете, а ваши-то почему бегут?…»

Начните работать с нашими предприятиями. Добейтесь, чтобы они расширяли производство. И тогда потянутся другие, внешние инвесторы.

Мы не храним то, что есть, вместо этого кидаем мифические лозунги об инвестпривлекательности.

— Вернемся к прогнозам по экономическому росту. Во-первых, на прошлой неделе Минэкономразвития понизило прогноз по ключевым показателям на 2013 год. Во-вторых, министр Андрей Белоусов заявил, что инвестиционная активность и экономический рост гасят высокие ставки по кредитам и призвал снизить их для предприятий до 8,5%. В текущих условиях реальны такие ставки?

— Они говорят, что ставки должны быть 8,5%, при этом ставка рефинансирования у нас 8,25%!

В одном из отчетов МЭР на полном серьезе видел, что в графе средняя ставка по кредитам для предприятий в 2012 году стояла цифра 9 с копейками. Это официальная цифра, которая в головах у властей. Да, если мы возьмем весь вал кредитов и включим туда Роснефть, Газпром и госкорпорации, то, наверное, так и будет. Но это будет средняя температура по больнице, где госсектор кредитуется под 6–8%, а для всех остальных ставки начинаются от 15% и выше.

У нас в структуре группы «Витус» есть микрофинансовая организация. Мы выдаем займы малому и среднему бизнесу. И они берут деньги под 30% годовых и под залог. Да, нам хорошо, но для них же это сродни самоубийству. Разве может экономика нормально развиваться, если для малого бизнеса доступны деньги только под такие проценты?

— Белоусов также говорил, что если удешевления кредитов не будет, то для России это чревато рецессией. Что скажете?

— Все действия в России происходят с опозданием в полгода минимум. Ставка рефинансирования 8,25% не просто сдерживает развитие, она убивает экономический рост. Во-первых, ее не надо было повышать в сентябре. Все тогда ожидали понижения, а вышло наоборот.

Сейчас тоже все ожидают снижения. Если это произойдет, то мы увидим, что власти развернулись в сторону конкурентного рыночного сектора, а не госсектора.

Идеальный вариант - снизить ставку до уровня 7,5%.

Ставка рефинансирования 8,25% не просто сдерживает развитие, она убивает экономический рост.

— Очень много получается.

— Сделать это к концу 2013 года. Снижать трижды по 0,25. Однозначно нужно сделать ставку меньше 8%. 8% и 7,9% — вроде бы никакой разницы. Но с точки зрения психологического восприятия — это абсолютно разные цифры. Здесь можно провести аналогию с ценниками в магазинах, где написано не 100, а 99 рублей. Так и здесь: мы видим первую семерку, а не то, что после запятой.

Второй момент — курс рубля должен быть скорректирован по отношению к доллару до 32–33.

Снижение ставки сейчас жизненно необходимо. Но политика сегодня убивает больше, чем ставки. Вот решения по Навальному все ждут. Падение индексов не объясняется только экономикой. Есть принцип: если рынок падает, а ты не можешь это объяснить сегодняшней информацией, все равно рынок прав, так оценивая риски.

Сегодня инвесторы с огромной скоростью побежали из фондов, ориентированных на Россию. За два месяца они вывели 1,1 млрд долларов. Это самый большой вывод после 2008 года. Но ведь сейчас нет таких жестких проявлений кризиса, а отток такой же. Значит, люди предполагают и ждут какой-то негатив. И лежать он будет либо в плоскости экономики, либо в области политики. И, скорее всего, именно в политике, потому что напряженность здесь нарастает, и это понятно любому.

Сегодня инвесторы с огромной скоростью побежали из фондов, ориентированных на наш рынок. За два месяца они увели 1,1 млрд долларов.