Получайте оповещения

в вашем браузере

Подписаться Нет, спасибо

Вконтакте

Facebook

Подписаться на рассылку

Пермский край
Всего заражений
4474 +71
Выздоровели
3352 +12
Умерли
163 +4
Properm.ru
Кто отвечает за праздники в городе, или как Пермь собирается догонять соседей в гонке развлечений После интервью Properm.ru о рынке технического сопровождения концертов и городских мероприятий в Перми с директором фирмы StagePro Ural Николаем Чугаровым ответное слово взял генеральный директор МАУ «АСП» города Перми Андрей Хомяков, в адрес которого прозвучал ряд обвинений. Properm.ru пообщались с руководителем учреждения, чтобы узнать его мнение о городе, праздниках и конфликте с подрядчиком.

Кто отвечает за праздники в городе, или как Пермь собирается догонять соседей в гонке развлечений

19 марта 2020, 08:00
интервью

Кто отвечает за праздники в городе, или как Пермь собирается догонять соседей в гонке развлечений
Фото: Максим Кимерлинг для Properm.ru
После интервью Properm.ru о рынке технического сопровождения концертов и городских мероприятий в Перми с директором фирмы StagePro Ural Николаем Чугаровым ответное слово взял генеральный директор МАУ «АСП» города Перми Андрей Хомяков, в адрес которого прозвучал ряд обвинений. Properm.ru пообщались с руководителем учреждения, чтобы узнать его мнение о городе, праздниках и конфликте с подрядчиком.

— Андрей, вы возглавляете «Агентство социокультурных проектов» с 2018 года. Какие перед вами ставили задачи, когда вы пришли на руководящую должность? Что нужно было изменить?

— Я в этом коллективе работал с 2014 года режиссером, поэтому изнутри понимал, с чем придется работать. Но как руководитель многого не понимал, например работу госзакупок. Во-первых, нужно было повысить качество проведения мероприятий. Во-вторых, квалификацию сотрудников. Из года в год мы стараемся изменять принципы, культурный контент, сами мероприятия, чтобы они были более интересными. Конечно, есть традиционные мероприятия, как масленица. Но к таким мероприятиям, как на набережной, хочется подойти по-новому, потому что живем в 21 веке.

— По каким показателям вашу работу должны были оценивать?

— Естественно, посещаемость мероприятий. Работа с соцсетями. Нынче провели Новый год и видим море положительных эмоций от людей по оформлению города, по тому, как прошли новогодние каникулы, какой культурный контент представлен.

— Что людям не понравилось?

— Негатив складывался, в первую очередь, из-за погодных условий: ледяной дождь, снег. Естественно, когда идут большие массовые культурные события, в этих рамках очень сложно действовать даже по благоустройству площадки.

— Это же все внешние факторы. По вашей линии ничего нет?

— Наши жители, приходя на мероприятие, оценивает все. Я не оцениваю, какая сцена стоит, кто на ней выступает. Смотрю есть ли у меня место, где я могу посидеть, прибрано ли здесь, где могу попить чай, потому что городская эспланада не позволяет зайти в помещение и погреться. Мы стараемся удержать зрителя на 2–4 часа. А это зима. Урал. Поэтому ставим зоны обогрева, прорабатываем с бизнесом киоски. Нельзя забывать про безопасность.

— Вы не смотрите, что происходит на сцене? Это профессиональное?

— Нет. Я смотрю на сцену. Но как руководитель обращаю внимание на другие факторы, потому что когда придет посетитель, все должно быть идеально. Я прекрасно понимаю, что на сцене есть коллектив. Но как люди стоят, на чем, куда они потом пойдут, куда выбросят мусор, кто подберет. Понимаете? Очень много факторов, на которые не только культурный контент влияет.

— С момента вашего назначения и по сегодняшний день, какие новшества в организации мероприятий вы принесли. Можете перечислить несколько?

— Я не могу себя здесь хвалить. Скажу, что колоссально увеличилась посещаемость и количество мероприятий. При этом в штате пополнений не было, за конкретную область отвечает один специалист. У нас, конечно, нет технического директора, но их и в городе нет практически.

— Хотя бы одно мероприятие, которое конкретно вы протащили, продавили. Решили, что оно будет актуально.

— В апреле прошлого года за нами закрепили набережную Камы. Учредитель (департамент культуры города Перми — Properm.ru), решил, что можно территорию нам доверить, поскольку в центре города мы много делали. Кроме того у нас были идеи, концепт, как ее дальше содержать, что на ней творить. Сейчас рождаются новые проекты.

— Последние несколько лет культурная программа проходит в рамках «Пермского периода». Можно предугадать, где будут проходить мероприятия: эспланада — все три зоны, набережная. Когда должно начаться переосмысление того, что «Пермскому периоду» (как когда-то «Белым ночам») пришел конец и нужна другая концепция?

— «Пермский период» — это краевое мероприятие, но наши мероприятия в него того же попадают. Переосмысление происходит в ежедневном режиме, потому что все время рождаются какие-то новые проекты. Тот же завод Шпагина — уходим от простых уличных гуляний. Стараемся каждое мероприятие насыщать. Если мы ставим сцену, мы должны продумать какой-то интерактив, должны продумать интересные фотозоны, еще что-то. В зависимости от цели мероприятия рождается его формат. Чем он будет более насыщен, интересен, тем лучше мы понимаем, что и завтра к нам придет зритель.

«Белые ночи» действительно были культурной революцией. Городская эспланада оживала в этот период. Наш «Ледовый городок» — это зимние «Белые ночи». Единственный момент, что мы не можем в ежедневном режиме петь и плясать. Я соглашусь, что «Белые ночи» произвели фурор, остались в сердцах пермяков, но мы тоже начали пересматривать форматы.

— В «Пермском периоде» есть что-то революционное?

— Скорее да, чем нет. Каждое мероприятие направлено на определенную аудиторию. Например, «Фестиваль кино», который проходит на Соборной площади. Эта новинка, может быть, не для Европы, но для Перми. На сайте агентства получаем постоянно различные предложения, всегда их рассматриваем. Таким образом родились «Джазовые субботы» на набережной.

— С одной стороны, вы подконтрольны департаменту. Департамент тоже придерживается концепции Министерства культуры. Они не могут друг другу противоречить. Насколько ваши идеи «снизу» одобряют в Минкульте? Или вам все «спускают».

— Не скажу, что спускают. Есть традиционные мероприятия — годовое муниципальное задание, куда входит несколько мероприятий: 9 мая, День города, Пермский марафон. Мы со всеми сферами сообща существуем, творим и «рожаем». Активно сотрудничаем с комитетом по спорту, театрами.

— Сейчас повсеместно обсуждается 300-летие Перми. Но о праздновании пока молчат. Очевидно, что есть основные площадки — эспланада и набережная. Но говорилось, например, о гимназии Дягилева. Как она будет задействована? Какие еще можем привлечь площадки к 300-летию?

— На данном этапе не отвечу, потому что эти вопросы больше прорабатываются в министерстве. Я знаю только, что департамент и министерство собирает проекты: от жителей города, от учреждений. Некоторые учреждения вошли в нацпроекты по благоустройству, по строительству и всему остальному, но не могу ответить, что утверждено, а что нет.

— Но вы ездите по городу. Какие точки притяжения видите для использования?

— Как раз сейчас для нас поставили задачу открыть новые пространства. Учредитель сказал: «Вы - Агентство города Перми, не эспланады. Давайте уже мыслить в рамках города». Мы знаем, что у нас есть парки, скверы, улицы, дворы. Есть задача определить локации, где был бы охват всего города. Чтобы могли радоваться не только придя на эспланаду, но и в своем районе.

— До апреля осталось немного. Вы уже приступили?

— Я практически в ежедневном режиме: то в один район еду, то в другой. Вроде бы получается.

Допустим, сквер Розалии Землячки. Замечательный сквер, только после реконструкции. Я не говорю, что там нужно установить сцену, но какие-то локальные сиюминутные акции там могут случаться, это будет точка притяжения. Арт-объекты, пространство может занять выставочная экспозиция.

— На ваш взгляд, 600 млн рублей, выделенные на празднование — это много или мало для юбилея города?

— Для Перми, соглашусь, что нет. Глядя, как гуляет Москва…

— Давайте не Москву. Возьмем Екатеринбург.

— Он тоже. У каждой территории свой менталитет, свой житель. Взять даже Ижевск. Приезжая в Ижевск, тебя встретят, будут холить и лелеять. У нас, к сожалению, никто не встретит. Скажут, что можно пойти туда, можно пойти сюда.

— Почему вы так считаете?

— Может, погодные условия — несколько лет не было хорошего лета, жители уже хмуро настроены: «Мероприятие — ладно, приду, посмотрю». Наша задача внести оптимизм в сердца людей.

— Вспомним инцидент на ДК Солдатова. После ЧП требования для подрядчиков усилились (в частности — отсутствие судимости со стороны у рабочих).

— Критерии определяли на краевом уровне. Ситуация изменилась, чтобы внести в каждое строительство сцены, подиума, определенную экспертизу, чтобы это было безопасно. Это экспертиза самих техников, каждой палки, шурупов, фанеры и всего остального.

Конечно, мы как организаторы должны вплоть до мелочей все рассмотреть от и до, но от и до никогда не бывает. Все равно где-то бывают сбои, не та балка прикручена. Такое бывает.

— К тому что было. На День рождения Елки, когда к вам пришли (ИП Чугаров) и сказали, что допускаются массовые нарушения при строительстве сцены. Фактически, в ваш адрес прозвучали очень громкие обвинения, якобы вы закрыли глаза на нарушения, которые там были.

— Во-первых, на нарушения глаза никто не закрывал. Во-вторых, мы наказали подрядчика. В-третьих, я как руководитель понимал, что будет твориться у меня на этом подиуме: один человек выйдет или пять, какое действие будет на сцене. Ходить со стороны говорить может каждый.

— Вещи, которые невооруженным взглядом видно: конструкция была под наклоном.

— Она не была под наклоном. Эта фотография специально сделана при мне. Скажу, что это нормально, потому что это у чаши фонтана существует наклон. Даже если вы посмотрите на Октябрьскую площадь, где мы на парад ставим сцену, все равно есть немножечко проседание, его никак не изменить. Технически подкладывать кирпичи — это еще хуже. То, что не было на подиуме поручней: согласно стандартам там даже метра не было от земли, а значит нет необходимости.

— То есть все обвинения в ваш адрес со стороны предпринимателя были ложными.

— Я прекрасно понимаю, какие это были обвинения. Но не хотел бы общаться без подрядчика на эту тему, потому что не люблю лить грязь. Люблю говорить людям правду в глаза. То, что было сказано в мой адрес, я бы не хотел сейчас обсуждать, потому что мне говорили совершенно другое.

— Что вам говорили?

— Я не хочу отвечать на этот вопрос. Можете прямо так в интервью и дать. Я бы хотел напрямую общаться с этим человеком.

— Я все равно не могу обойти стороной этот вопрос. Есть принципиальный момент, он касается безопасности.

— Безопасность была вся соблюдена.

— Тогда за что наказали подрядчика?

— Некачественно был предоставлен звук.

— Вы знали о том, что будут проблемы? Подрядчик же должен предоставлять какие-то документы, отчеты, экспертизы.

— Естественно, все эти документы были предоставлены. Когда шли репетиции, все было прекрасно. Как только собрался зритель на площади, весь этот звук просто «съелся». Такое тоже бывает, но это должен предусматривать сам подрядчик, То же самое было у нас на фонтане. Все репетиции — идеально. Я пять ночей не спал, все проверял. Как только на площадку собрался народ с телефонами, гаджетами — все пропало. Технический сбой, никто от этого не застрахован.

— Подрядчик виноват, наказываем его?

— Конечно, подрядчик виноват, он-то должен все предусмотреть, потому что существует ТЗ, это государственная закупка. Шаг вправо, шаг влево — расстрел.

— Но заказчик составляет ТЗ и предусматривает какие-то показатели. Или из чего он исходит?

— Мы исходим из стандарта. Изначально мы выходим на площадку и изучаем ее. Площадка 68 квартала новая, никак себя еще ни разу не показывала. Как собирать на этой чаше фонтана народ. День рождения елки — снег, еще и гололедица. Не знаешь, как площадка себя поведет. Тут звук так себя повел.

— Заканчивая историю с елкой. Меня почему-то не покидает ощущение, что даже будь там нарушение, вы бы не смогли отменить мероприятие, у вас как будто никогда нет плана Б.

— Мы все равно стараемся все недочеты исправить до мероприятия. Мероприятие можно отменить только из-за очень плохих погодных условий, а не из-за того, что звук не тот, его мы исправляем до момента.

— От елки к Новому году. Есть две компании (ООО «Эверласт» и и ИП Чугаров), которые заявляются на конкурс. При прочих равных отдается предпочтение менее опытной. Почему так произошло?

— Я к Коле (Николаю Чугарову) отношусь с пониманием, адекватностью. Ему не понравилось, как мы провели закупки. Но УФАС посмотрело, мы оказались правы. Единственное, чтобы вы понимали, он проиграл 20 минутами. Если все документы одинаковые и все всех устраивает, выигрывает тот, кто первый подал заявку.

— Касательно экспертизы, которые проводятся. Также говорилось, что некоторые из них подложные. Вы знаете о том, что есть фальшивые?

— Наши юристы проверяют экспертизы. Я знаю, что у нас в городе есть две организации, которые делают это заключение. Подрядчики приносят документы от двух организаций. Никогда никаких вопросов к ним не было.

— Несколько лет назад на День рождения набережной приезжал Олег Газманов. Мы пытались понять, кто его пригласил, потому закупки не было. Пояснили, что гость оплачен из внебюджетных источников.

— Это была акция «Дни Москвы». Если видели, у нас оформление было в едином московском стиле. Тогда из столицы по городам отправляли артистов. Там за сутки выступал хор Турецкого, потом Газманов. Часто есть партнеры мероприятия. Мы активно сотрудничаем с холдингом «Европа+».

— Получается, кто платит, тот и выбирает музыку.

— Они все равно предоставляют на обсуждение несколько вариантов. Я не говорю, что артист едет за какие-то гроши, но, по крайней мере, через холдинг они едут со скидками большими. Сергей Лазарев обошелся нам в три раза девешле, потому что у них есть соглашение с федеральным холдингом.

— Кто выбирает артистов для пермяков на крупные мероприятия?

— Мы, конечно, всегда хотим быть в тренде. Хотелось, чтобы приезжали те артисты, которые сейчас на пике славы. Не каждый может себе позволить сходить на ту же Лободу, на Лазарева. А когда человек приезжает на улицу выступать, собирает 30–40 тыс зрителей, я считаю, что это заслуга организаторов. Сейчас на пике карьеры находится Ив Набиев. На прошлое 9 Мая мы привозили коллектив Viva, а нынче по ТВЦ я увидел грандиозный концерт в Кремле.

— Здесь все же немного субъективное мнение о популярности, потому что на мероприятие приходят разные люди.

— Соглашусь. Наша задача как организаторов придумать такого артиста, чтобы он был и для молодежи, и для более зрелого возраста. В то же время являлся хедлайнером мероприятия, на кого бы действительно пошли.

— Кто входит в комиссию, которая выбирает?

— Оргкомитет. Это и чиновники, и депутаты, и общественность. Мы даем несколько вариантов. Говорим: «Мы хотим Кормухину, Гвердцители, Валерию».

— Какие аргументы в пользу Валерии?

— «Она более культурная, вежливая». Вот таким образом. У нас нелегкая задача в выборе звезд, потому что не каждый хочет ехать на Урал, тем более 9 мая. Нам нужно так завлечь продюсера или концертного директора, говорить: «Пожалуйста, Пермь вас примет настолько радужно, для вас будет все, только приезжайте, уберите из графика Челябинск, приезжайте к нам».

— Насколько мы сейчас проигрываем в конкуренции другим городам миллионникам: Нижнему Новгороду, Екатеринбургу, Казани.

— Я думаю, что мы не проигрываем, а пытаемся поднять планку. В позапрошлом году на дне города Екатеринбурга выступал Мумий Тролль, Земфира, Лобода была на пике. Они на это тратят баснословные финансы.

Лично мне, как пермяку не кажется, что мероприятие пройдет качественнее, если ты привезешь звезду. Но традиционно так сложилось. Придя на праздник, ты знаешь, что кто-то приедет из Москвы. Наши пермские куда делись? Почему их не прославляем? В первую очередь, мы должны им давать возможность расти, говорить о себе, приучать к своему репертуару, к своей жизни. Так любая звезда вырастает.

— Что ждать к юбилею Победы?

— Мы готовимся к большому циклу мероприятий который закончится в декабря. Традиционно парад Победы. Мы от него никогда не откажемся. Нынче будет, на мой взгляд, интересная выставочная экспозиция в 68 квартале, которая будет работать целый месяц. Называется «Ленинград. Молотов. Эвакуация». Будут установлены эшелонные вагоны, в которых будут различные экспозиции.

Будем пытаться сделать огромнейшее панно из гвоздик. На набережной установим бинокли на сторону пляжа — будет реконструкция того, как жили на фронте.

Конечно, у нас работает режиссер. Будет завершающее представление на главной сцене с симфоническим оркестром. Мы же называемся «Культурным городом», мы должны этому соответствовать.

Реконструкции битв будут в течение года. Мы планируем воссоздать историю сквера Уральских добровольцев, потому что оттуда уходила на фронт.

— В середине беседы вы отметили, что пермяки немножко негативные, грустные, мрачные. Почему вы так считаете?

— Да грустные, грустные люди. Мы город заводов, промышленный город. Что видит пермяк? Пришел на завод, вечером домой, поесть приготовил, поел, помылся и уснул. Максимум пульт на телевизоре потыкал. Вся жизнь. Наша задача эту жизнь немножечко подсластить, сказать, что вы после работы можете пойти здесь и что-то увидеть, познать, что-то принести в дом.

— Пермяк с завода пойдет домой через какое-то культурное пространство?

— Я же говорю абстрактно, не пускаясь в мелизмы. У нас затишье с сентября по ноябрь, с декабря по июнь у нас проходит все и везде. Это театральный сезон, куча фестивалей, Новый период. Куда угодно можно прийти.

Мы перед собой ставим цель, чтобы пермяк нашел себя в городе. Мне бы хотелось, чтобы пермяк больше посещал музеи, театры, спортивные мероприятия. Мне бы хотелось, чтобы пермяки лучше относились к своей территории, к внешнему благоустройству. Я вижу, чтобы власти стараются. Стараются, чтобы летом все было в цветах, чтобы было красиво. Идешь, смотришь: этот же пермяк вырывает из клумб цветок и пошел дальше. Кому понес? Все ведь зарплату получают, можно купить цветочек своей даме, а не сорвать его. Есть такие мелкие шероховатости, мы их видим, стараемся исправлять.